Она громко фыркала, но тем не менее пошла рядом с сыном Зеса, и стала тому объяснять суть эксперимента.

Хоть Ронак мне не нравился, но просто отмахнуться от него у меня не позволяла совесть. Ведь Зес очень переживал из-за того, что мы не нашли общих интересов. И наши встречи происходят в основном на совместных тренировках и за обеденным столом.

— Владимир, давайте вначале посмотрим, что будет со спрутом, когда Вы начнёте использовать целительскую энергию, — предложил я.

— Хорошо, но как только ты увидишь, что ОНО увеличивается, дашь мне знать, — ответил он.

Прежде чем начать, покорного положили на кушетку животом вниз, и мы приступили к первому эксперименту.

Корф приложил руки к спине над лопаткой. В этом месте находился спрут и именно здесь имелся шрам, оставшийся после вживления рабского камня. Появился зеленый свет, который был направлен точно на шрам.

Я стал внимательно смотреть, что творится с покорным, а именно со спрутом. И тот, как я и думал, стал потихоньку расти. Барон сосредоточенно смотрел на меня, и когда я кивнул, он остановился.

— Растёт. Всё как мы и думали. — сказал я.

— Значит личинка виновата в том, что я никак не мог исцелить Тимофея. — задумчиво произнес Корф.

— Я начинаю всё больше и больше придерживаться этой теории, — согласился я. Подойдя поближе к Корфу, я встал над лежащим рабом.

— Скажи, что ты сейчас планируешь делать? — спросил целитель. — А то у меня была одна идея, как справиться с личинкой.

— Да? — удивленно спросил я. — Умеете Вы заинтриговать.

Корф оглянулся на Герека.

— Ярар, я рассказал Гереку про тот случай с твоим братом. Если кратко, он предлагает ударить в место где находится спрут, артефактным кинжалом. И с его помощью ослабить его.

На миг я заметил, как раб вздрогнул. Даже для меня это жутко звучало. И, наверное больше для своего душевного спокойствия, я усыпил покорного.

— Но артефактным ножом мы можем нанести непоправимый вред его телу. К тому же, только я смогу делать надрезы в нужных местах. Ни у кого из вас нет магического зрения!

— Ты всё правильно говоришь, но мы думаем, что таким образом ты ослабишь спрута, и самостоятельно сможешь от него избавиться. Ты должен помнить, в борьбе со спрутом при лечении Тимофея ты использовал водную стихию, как антипод его огненной.

— А у целителей нет антиподов, — ответил я.

— Кхм-хм, — подал голос Ронак, — а как же некроманты? Они же противопоставление целителям.

— Сын, это сказки. Ими пугают непослушных детей. Некромантов не существует.

— Но, отец, — возразил Ронак, — учение Всевышнего нас учит, что всё в мире создавалось в гармонии друг с другом. Поэтому каждая стихия противопоставляется другой. Огонь — воде, земля — воздуху, свет-тьме.