Или может ты, — посмотрел он на Эмери, — расскажешь сколько людей собираешься загубить для того, чтобы проверить правдивость слов гномов?

— Талий… — Эмери попыталась что-то сказать.

— Я настоятельно рекомендую тебе помолчать! — перебил её отец. — Ты чем думала, когда разрешала провести жертвоприношение подростку?! — кричал отец. — Значит так! — выдержав паузу, более спокойно продолжил он. — Слушайте меня внимательно, я повторять не буду! Никаких жертвоприношений мы проводить не будем! С церковниками, пока я сам не поговорю, никакой позиции обозначать не станем.

— А что по поводу Фец? — спросил Серек, когда Талий замолчал.

* * *— Как думаешь, зачем прибыл Талий? — спросила Анжелика.

— Не переживай, завтра всё закончится, — ответил её отец, — и мы навсегда уберёмся из этой дикой страны. Нам даже повода искать не надо, чтобы разорвать помолвку! — Потом он повернулся в сторону дочери и спросил: — Как твои глаза?

Лицо Анжелики стало сосредоточенным.

— Твои способности в управлении телом растут, — следя за тем, как серый цвет пропадает из её глаз, сказал отец.

— Ничего сложного. Слух, осязание, обоняние, их можно как усилить, так и заглушить. Нужно только сильно захотеть этого. Жаль, что я могу делать так только с собой. Кстати, ты обратил внимание, что вчера рядом с домом крутился граф? — сменила она тему.

— Нет, — удивленно вскинул брови Жак. — Чего он хотел?

— Не знаю, он не подходил ко мне. А следить за ним я побоялась. Порой мне кажется, что у него на затылке глаза. Ты же не забыл, кто он такой?

— Шутишь? — задал риторический вопрос Ка Фец. — Я уже мечтаю увидеть лицо Де Жюссака, когда он услышит это. До сих пор не верится, что Оливье Ля Фер переметнулся на другую сторону.

— На мой взгляд тут собралась компания под стать друг другу. Но выделяется из всех молодой Тьер. И то, что он вспомнил свою прошлую жизнь, говорит нам, что после смерти физического тела, наша душа не умирает.

— Ты только свои выводы при дворе императора не озвучивай, — предостерегающе сказал Ка Фец. — Твои слова быстро дойдут до католиков!

— Думаешь я этого не понимаю. Но только представь, — мечтательно произнесла Анжелика, — космический корабль, летающий по неизведанным просторам вселенной. Аж дух захватывает!"

"— Дорогая, только не говори, что тебе понравился Ярар! — и не дав ей ответить: — Это совсем непрофессионально.

— Отец, мне скоро пятнадцать, пора бы тебе привыкать, что мне нравятся мальчики, — наиграно надула она губки. — А то в твоей голове этих мыслей до сих пор не появляется.

Жак скривился.

— Мне не приятно, что ты капаешься в моей голове.

— Нет, тебе не нравится, что я думаю о мальчиках, — веселясь ответила она.

Ка Фец не стал комментировать это высказывание.