— Но на вас бы ополчилось слишком много людей. И как же тогда союз с нашей Империей?

— Глупый человек! — ухмыльнулся Бобо. — В наших пещерах нам не важно сколько к нам придёт. Даже маги земли не смогут нас оттуда достать. К тому же, кто начнёт войну из-за одного человека? Ваш император?

— Какого необычного гнома мы поймали? — с хищной улыбкой сказала Эмери. — Всё знает, всё слышит.

— Лестно слышать от Вас такие слова, — улыбнулся гном.

— Бибо…? Это ведь ты был главным в операции по захвату моего сына?

Улыбка с гнома на секунду спала. Но почти сразу появилась вновь, а в глазах появилось уважение.

— О Ваших умственных способностях, Эмери Де Тьер, слышали даже у нас. Вы и Ваш муж самые молодые магистры этого тысячелетия. Когда мы узнали о вас, приложили немало усилий, чтобы узнать, как вам это удалось.

— И как успехи? — спросила она.

— Поэтому я и восхищаюсь вами. С сильным и умным врагом по-другому нельзя.

— И как же твоё настоящее имя? — спросила Эмери.

— С чего Вы думаете, что я назвал Вам другое? — вопросом на вопрос ответил гном.

— Потому что я желаю убить тебя, а сила магического договора меня никак не собирается останавливать. Поэтому мой тебе совет, отвечай правду! С твоей стороны было глупостью вписывать чужое имя в договор.

Он усмехнулся.

— Разве? Думаю, если бы мы представились раньше, то мы бы не добились такого эффекта от нашего знакомства.

— А что нам помешает исправить эту ошибку?

— Ооо, Вам понравится, — ответил гном, и гордо выпрямив спину, и приложив к груди кулак, сказал: — Вы имеете честь лицезреть третьего наследника престола подгорного царства Траина Каменного, а также моего брата близнеца, четвёртого наследника Артака Каменного!

* * *Несколько часов спустя.

— Ты так дешево оцениваешь ваши жизни коротышка? — воскликнул Серек.

— А что ты ещё хочешь? Скажи, в твоих предках точно не было евреев? — кипя от злости, спросил третий наследник подгорного царства.

Когда гномы назвали свои настоящие имена, вопрос о смертной казни больше не стоял. И Эмери позвала Серека, чтобы тот с выгодой для рода договорился о вире за нападение. К моему удивлению, когда эти мелкие назвали свои настоящие имена, отношение к ним кардинально изменилось. Угрожать и бить их было уже политически опрометчиво.

Мне, как человеку далекому от политики, всегда было не по себе, когда два врага начинают друг перед другом соревноваться в красноречии. Столько лицемерия было в этих сценах. И сейчас передо мной разворачивалась одна из них.

Как ранее рассказывал Ля Фисто, гномы очень высокомерны. В подтверждение этого они отказались вести переговоры с Эмери. И хоть они сказали об уважении к ней, но важные решения обсуждать с женщиной считалось в подгорном царстве унизительным. Но, как по мне это была отговорка.