Как думаешь, как быстро это произойдет?

Боря побледнел, закусил губу, я продолжил:

— Не помню, сколько за подделку денег дают у нас, но раньше за это в рот заливали расплавленный свинец, а в Союзе — даже расстреливали… — Я повторил: — потому что одно дело противостояние с преступной группировкой, и совсем другое — с целым государством. Это не игрушки, Борис. А незнание законов не освобождает от ответственности.

Василий Алексеевич не выдержал, прибежал на крик и указал на Борю пальцем:

— Безответственно и бессовестно! О себе не думаешь, так о матери подумай. Смотри, до чего ее довел!

Огрызаться Боря не стал, потупился и пролопотал:

— Я не хотел… не знал… Не думал, что так серьезно…

— А ты думай! — Мама постучала себя по лбу. — Просто голову иногда включай! Это не игрушки тебе!

— И что теперь делать? — развел руками Боря."

"— Шо делать, шо делать, — проворчал отчим, взъерошивая свои волосы и потирая виски. — Усе сделано уже. Молись, шобы обошлося. Не сдаватыся же идти, тогда с матери спросят.

От волнения у него прорезался украинский акцент. Из зала, зевая, вышел щенок. Сев на корточки, я потрепал его за ухом, поглядывая то на Бориса, то на маму и отчима. Всплеск эмоций у них утих, все погрустнели и задумались. Боря, кусавший губы, вскрикнул:

— Да провались оно! — Рванул в зал, схватил со стола фальшивые акции, изодрал на мелкие куски.

Спохватившись, начал ползать по полу, собирая их, а потом — комкать бумагу, слишком похожую на ту, где был напечатан оригинал.

Собрав вещдоки, Боря завернул их в тетрадный лист, исписанный решением задачи, и тут издали донесся вой сирены. Брат побледнел, позеленел, втянул голову в плечи. Повисла звенящая тишина, в которой, все приближаясь, выла сирена.

Боря метнулся на балкон, прижался лбом к стеклу. Наташка отложила учебник. Мы все столпились в зале, насторожились, хотя понимали, что вряд ли это наряд едет за особо опасным Борисом. Скорее всего, вообще не милиция.

— «Скорая»! — радостно воскликнула Наташка.

Боря вылетел с балкона, как ошпаренный и рванул на улицу выбрасывать вещдоки, а возможно, и сжигать.

Скорее всего, в этот раз он выйдет сухим из воды, и мы напугали его достаточно, чтобы больше так не рисковал. Вдруг ему вздумается деньги рисовать? Но куда ему до настоящих профессионалов? Вычислят быстро, накажут жестоко, возможно, и правда на улице окажемся.

Это будет большой неприятностью, но не трагедией: я могу другую квартиру купить, но деньги-то мне нужны на другое!

С улицы Борис вернулся задумчивый и бледный, без радости предложил:

— Хотите торт?

— А вот и хотим, — хриплым голосом сказал отчим, которому стало получше, и кашлянул. — Накрывай на стол.

Боря поставил чайник на огонь. День рождения был бесповоротно испорчен.