А ведь ход мыслей здравый — если предположить, что кто-то смог взять под контроль осколок «искры», то с чего ему считать меня настоящим божеством? Вполне могу оказаться таким же человеком, которому повезло обуздать толику чужой силы.

— В нём была кровь какой-то сущности. Кого-то стоящего ниже божеств, но обладающего способностями к контролю над подобной мощью.

В теории, любой из лесных духов мог дотянуться до самого верха. Всё, что ему требовалось — расширить свою паству. Причём, совсем не обязательно классическими методами. Достаточно, чтобы они знали твоё имя и приносили подношения. Запуганные крестьяне, которые не хотят терять каждую ночь скот, тоже подойдут. Вера — она бывает разной. И почти в любом случае, легко конвертируется в реальную силу.

— Но ты сам ведь человек. В тебе нет крови.

Я повернул голову назад, столкнувшись взглядами с насупившимся Медведем.

— Через эту смертную оболочку прошёл поток колоссальной мощи. А внутри, какое-то время находилась «искра». Целиком. Чтобы ты понимал, это сила всех Одарённых вашей империи, суммированная вместе, а потом увеличенная в десять раз. Если бы плоть не изменилась, она бы уже давно отжила своё.

Это было чистой правдой. Кровь и тело Афеева, после контакта с моей божественной мощью, стали чуть иными. И продолжали изменяться. На оболочку полноценного божества, это походило мало. Но я продолжу по частям собирать свою «искру» и к финалу этого процесса, плоть станет абсолютно иной.

Смертный тяжело вздохнул.

— Но он ведь тоже смог управлять твоей силой. Хотя был обычным человеком. Пусть и с примесью чужой крови. Получается любой, у кого в предках есть кто-то из лесных духов, способен стать богом?

Ульрих с интересом покосился в мою стороны. Похоже потомку ётуна тоже было интересно, как я отвечу. Или просто забавляла дискуссия.

Будь на моём месте Марс, он наверняка бы выпотрошил Медведя. Скорее всего проделав это ещё во время первого вопроса. Юпитер пару раз ударил молниями — после того, как он поглотил силу Зевса, что был среди немногих павших богов эллинского мира, молнии стали излюбленным оружием отца. А Плутон вырвал бы его душу, доходчиво всё объяснил и вернул на место. Тоже неплохой вариант.

Я склонялся к более тонким методам убеждения. Хотя, порой и не гнушался применять силу. Но сейчас точно был не тот случай.

— Он нашёл осколок только вчера. Возможно ещё сутки или двое, его тело выдержало бы. Но потом начало бы распадаться на части. А разум исказился бы ещё раньше.

Кивнув в сторону Свенсона, продолжил.

— Ульрих потомок ётунов. Древних великанов, что когда-то могли на равных биться с богами. Но даже он не продержался бы и недели. А тот смертный был намного слабее.