Наконец, крышка капсулы открылась, и рядом с ней появился новый начальник СБ станции.

— Вылезай, что лежишь?

— Ты решил, что мне приказывать можешь?

— Ты больше не командир станции. Вот приказ о твоём отстранении.

Сделал он это с довольной улыбочкой. На нейросеть мне пришёл приказ о моём отстранении от должности в связи с утратой доверия. Чего-то такого я и ждал. Он явно что-то задумал, но я ещё не понял что. Поэтому решил действовать на опережение.

— Может, для тебя это и стало открытием. Вот только об этом я сам давно просил командование. Кроме того, зря радуешься — у меня для тебя есть один маленький сюрприз.

— Какой?

— Подойди поближе, покажу."

"Когда он подошёл, я прямо из капсулы прыгнул на него. Мой прыжок опрокинул его на спину, последующий удар в челюсть оглушил, но не отключил. Я оказался сверху, но совсем ненадолго. Он смог быстро подмять меня и начал наносить мне удары в голову, но я этого и ждал. Меня интересовал игольник у него на поясе. Прикрываясь одной рукой от его ударов в голову, второй смог вытащить игольник у него из кобуры. Вот только он сразу загорелся красным. Кодирован. Зато наносить удары им оказалось очень неплохо.

Мой первый же удар им попал ему в голову и скинул его с меня. Снова я оказался сверху и теперь наносил удары рукояткой игольника со всей злостью, которой у меня скопилось очень много. Во время очередного удара ощутил покалывание в спине, и опять меня настигла темнота.

Открыл глаза и сразу посмотрел на время на нейросети. Прошло шесть часов, как мы схватились. Опять находился в привычной камере-одиночке в изоляторе СБ. Думал, прикончат меня раньше, ещё в капсуле, а я до камеры добрался. Всё тело болело. Похоже, меня пинали после того, как выключили.

С трудом мне удалось сесть на койке. Зеркала не было, но ощупав лицо, я понял, что оно сейчас представляет собой сплошной синяк. Остальным частям тела тоже досталось. Зато впервые за много дней я был доволен собой. Посмотрим, что теперь вы делать будете. Сделал я это всё осознанно.

После того как оширцы отказались принимать преступников у себя, возникла проблема — что с ними делать. Всех отмороженных я запихал в криокапсулы, а те, кто не имел «особых» заслуг, СБ отправляло на планету в полицию, где ставили на учёт и выпускали на волю.

Вот я и рассчитывал, что последую по этому пути, и они расторгнут со мной контракт. Мое нападение на начальника СБ никак на тяжкое преступление не тянуло. Хотя я его хорошо отделал. Наверняка сейчас в капсуле лежит. Обидно, что завтра будет как новенький, а я так старался. Жаль, что его игольник был закодирован.

Сейчас здесь, в камере я стал хорошо понимать бывшего командира станции, и почему он постоянно был нервным. Меня самого довели до такого же состояния. Хорошо, что для меня всё это закончилось.