Когда вокруг него сомкнулись ее нежные пальчики, он не смог сдержать стон, потом положил руку ей на ладонь и показал, как нужно его ласкать. Она повторила, и он едва не закричал от наслаждения.

– Вот так? – спросила она лукаво, сжимая его в кулачке, которым двигала вверх-вниз.

– Господи, да! Как же хорошо.

Он взял ее руку и поводил ею по члену, задавая томительный ритм. Она продолжила ласкать его так, как он показал, и это было мучительно приятно. Если ее не остановить, он изольется прямо ей в руку. А это нехорошо.

Он ничего не мог поделать с собой: забыв обо всем, когда она ласкала его, он тяжело дышал и постанывал. Потом, собравшись с силами, он заставил себя оттолкнуть ее руку.

– Ну зачем ты так? Ведь тебе же понравилось, – удивилась Медди.

Он приподнялся на локте и, притянув ее к себе, шепнул:

– Медлин, я хочу быть в тебе, когда это произойдет.

Джастин скатился с кровати, вытащил что-то из столика и пристроил себе между ног.

На ее невысказанный вопрос он ответил:

– Чтобы ты не забеременела.

Медлин кивнула и улыбнулась. Слава богу, для этого что-то есть. От предвкушения и страха дыхание с хрипом вырвалось из горла. Джастин вернулся к постели, нежно уложил ее на спину и прижался к ней своим крепким телом. Закрыв глаза, она наслаждалась ощущением его тяжести на себе. Было так хорошо. Она обняла его за мускулистую шею и с удовольствием вдохнула аромат сандала. Он коленом раздвинул ей ноги, и она, почувствовав, как его твердый ствол тычется в нее, развела их пошире, чтобы ему было удобнее.

– Медлин, – выдохнул он ей в ухо, – ты была с мужчиной?

– Не останавливайся! – Это было требование, а не просьба.

Он не ждал такого ответа, но не был уверен, что смог бы остановиться, даже если бы хотел, а он уж точно этого не хотел. Его член нашел вход в ее тело, и он медленно стал в нее продвигаться, давая время свыкнуться с этим ощущением. Когда он, наконец, вошел до упора, его челюсти были сжаты, на лбу выступили капли пота. Он взглянул на Медлин. Глаза у нее были закрыты, дыхание прерывалось, а на губах застыла улыбка.

– Тебе не больно?

– Чудесно, – ответила Медди, подавшись вперед и тем самым впустив его еще глубже, отчего все его тело содрогнулось.

Господи, если даже он будет держаться изо всех сил, эта женщина подведет его к пику.

Он поднял ее руки над головой, прижал ладони к подушке, чуть приподнялся и вышел, а потом снова вошел в нее, глубже.

– О господи…

Его грудь вздымалась и опадала с каждым движением, медленным, но мощным. Он мог ускорить темп и быстро испытать сильнейшее наслаждение, но он хотел, чтобы она испытала это ощущение еще раз.

Опустив руку вниз, он просунул ладонь между ног, нащупал набухший бугорок и стал его массировать пальцем.