— Котел взорвался, пожар слишком сильный, чтобы его потушить, — рыкает он, бешено сверкая глазами. — У нас не больше десяти минут, чтобы убраться и остаться живыми. В подвале баллоны с кислородом. И если они рванут… Надо предупредить профессора и Узану.

— Конечно, а еще девочки, — разворачиваюсь назад, торопясь в процедурную, которая может оказаться ловушкой в любой момент.

Дым действительно распространяется очень быстро. И это совершенно не мой маленький безобидный костерок.

Кто-то шиканул с размахом.

В медотсек с двуликим влетаем практически одновременно. Отсутствие Узаны и Куфина меня не удивляет, а вот бандит хмурится.

— Где они?

— Вышли… поужинать, — признаюсь через паузу, и тут же хватаю оборотня за рукав, замечая, что он собирается уходить. — Подожди, Ленар. Помоги мне с девочками. Я одна их не вытащу.

Умоляюще заглядываю в почти равнодушные глаза.

Почти…

Вот что сейчас важно… Это дает крохотную надежду, что его можно уговорить.

— Пожалуйста… — умоляю, утягивая двуликого в дальний отсек, где крепко спят четыре мои омежки. — Пожалуйста… — добавляю, смаргивая слезы. — Я не переживу, если с ними что-то еще случится.

"

"— Они — оборотни, Анила. Ты — человечка. Вы — разные! — ворчит бандит, но всё же ногами переступает. Если бы не захотел, я бы эту гору мышц ни в жизнь не сдвинула с места. — Не понимаю, чего ты за них так вцепилась? Себя спасать надо.

Мы — одинаковые! И спасемся все месте.

Отвечаю мысленно, не задумываясь ни на секунду.

Всё больше распространяющийся по верху едкий дым очень пугает. От его концентрации обоняние начинает сходить с ума и в глазах появляется резь. Тянуть и дальше — очень опасно.

— Так, я не понял, а самая мелкая где? — интересуется Ленар, заходя в дальний отсек первым.

— С доктором?

— Что? — переспрашиваю, хмурясь на странный вопрос.

До меня не сразу доходит, что Солана пропала. Есть Майна, Кара и Улина, а моей Соланы нет.

Накрывает шоком, я мгновенно тупею. Есть только одно желание — разрыдаться от несправедливости, что моя девочка исчезла.

Ани, не время истерить.

Вдруг рыкает волчица.

А ну, живо к кровати, давай всё осмотрим.

Раздает она команды.

И это действует. Подлетаю к пустой койке, внимательно изучая каждую деталь. Мой рюкзак на месте, не тронут.

Даже одеяльце осталось. А девочки нет. Но по связи с ней всё в порядке. Спит и не волнуется.

Понятно, что ее унесли. Непонятно, почему она не отреагировала на посторонних?

Очень странно...

Взгляд сам собой падает на пол, цепляясь за светлое пятно, выбивающееся из общей атмосферы чистоты и стерильности.

Салфетка. Раньше ее здесь не было, иначе я непременно бы заметила. Приподнимаю вещь двумя пальцами и, не до нося до лица, улавливаю отчетливый запах хлоросина — сильного снотворного.

Ясно.