Так что зря он так сильно печется о моей слабой душевной организации. Я и сама за Солану загрызу без раздумий и сожалений.

Загрызем, — делаю мысленную поправку. — Вот Золя подрастет и всех загрызем, если до того момента доживёт хоть один обидчик.

Хотя… судя по убийственному взгляду истинного, к тому моменту врагов уже точно не останется.

— Лин, ты возглавишь второе направление. Место назначения — Центроград, — продолжает отец. — Кул, Джек, Варо и Торко, — перечисляет своих приближенных, — сопровождение и полное подчинение Фурову.

— Принято, — кивают четверо из шести оборотней контролера."

"— Ани, — Джейкоб поворачивается ко мне, — ты едешь вместе с Лином. На тебе самая сложная задача. Во-первых, определить Куфина. Только ты знаешь его в лицо. А если он успел сделать пластику, постараешься вычислить по запаху. Уверен, что тот остался у тебя в памяти. И второе, самое важное, тебе предстоит почувствовать высшего.

Дыхание против воли сбивается, сердце начинает колотить, шею клинит от напряжения, а кровь от головы отливает. Я не могу утихомирить волнение, которое набирает обороты, когда представляю, с кем придется встретиться в живую.

Отец замечает, как я сильнее стискиваю подлокотники, прерывает речь, явно намереваясь отыграть решение, но я не позволяю.

— К-конечно, — выдавливаю с запинкой и, прикусив щеку изнутри, чтобы вернуть самообладание, растягиваю улыбку.

В следующее мгновение мою кисть накрывает ладонь истинного, надежная, крепкая, и от места соприкосновения будто теплая волна по всему телу пробегает, разгоняя все страхи и переживания и вселяя уверенность и покой.

— Я буду рядом, Ани, всегда. Одна ты не останешься ни на минуту. Не волнуйся, — произносит он чуть слышно, не разрывая зрительного контакта.

Киваю. Вначале чуть заметно, а затем сильнее, стараясь глазами выразить признательность за поддержку.

— Ты его почувствуешь, дочь, — продолжает отец с того места, на котором остановился, когда я возвращаю ему внимание и даю понять, что приступ паники миновал. — Как только приблизишься, место, где находился браслет, начнет колоть ледяными иголками. Будет неприятно, но терпимо. Анила, чтобы удостовериться, что ошибки нет, просто дотронься до этого человека. Вскользь. И ты сама все поймешь.

— Хорошо, папа, — отвечаю намного уверенней, чем минуту назад.

И неудивительно, потому что истинный продолжает согревать мою ладонь своей и без стеснения делится силой и поддержкой через эту связь.

— Джейкоб, ты так говоришь, будто все высшие соберутся в Центрограде в одном месте и будут нас ждать с распростертыми объятиями. В чем подвох? — задает Фуров вопрос, который волнует каждого присутствующего без исключения. — Послезавтра ведь нет никакого праздника, чтобы выманить этих снобов из своих нор.