Нас с Иллидией лед обходит стороной, что дает нам возможность резко дернуться и вывернуться из хватки захваченных врасплох мужчин. У меня даже появляется надежда, что мы легко, всего лишь попорченными платьями и нервами выпутаемся из этой ситуации. И я уж точно после этого обзаведусь какими-то защитными артефактами!

Иллидия вскакивает, кричит какое-то проклятье, но я не успеваю его услышать, потому что меня обжигает боль от того, как меня дергают за волосы. Вскрикиваю и чуть не падаю назад, вцепляясь ногтями в кисть держащего. Меня обдает смердящим дыханием так, что я даже закашливаюсь.

Отпускают меня так же внезапно, как схватили. Кажется, что я упаду, но меня уверенно ловит крепкая мужская рука. В нос бьет запах бергамота, а на душе сразу становится спокойно и уютно.

А зря. Когда я поднимаю глаза, меня одаривают негодующим взглядом, не предвещающим мне ничего хорошего. Сайтон не просто зол. Он разъярен, будто, не превращаясь в дракона, он принял драконью сущность. Хотя… Он же дракон. Он наверняка всегда был таким, просто мне не показывал эту свою сторону.

Случайно взглянув влево, я замечаю, что бандит со шрамом не вмерзшей в лед рукой запускает в Иллидию нож. Она вскрикивает от испуга и закрывается руками. Сайтон даже не поворачиваясь, метко выпускает плетение не только останавливающее оружие, но и сковывающее того, кто его бросил."

"Беззубый тоже времени не теряет: он замахивается на Сайтона, но получает точный удар под дых и складывается пополам. Один короткий взмах руки дракона, и все трое напавших на нас бандита оказываются связаны друг с другом спина к спине магическими путами, даже того, который вмерз почти всем телом в лед, выдернуло оттуда с обрывками одежды.

— Вы все обвиняетесь в нападении на гостью нашего государства и… леди Рознанд, сотрудницу академии, — устрашающе гремит голос Сайтона. — Вы будете осуждены по всей строгости закона, до суда проведете время в местной тюрьме.

Практически тут же в подворотню заходят двое стражей и забирают троих бандитов, один из которых старается лишний раз не шевелить ногами, поэтому его буквально волочат, а два других начинают отчаянно чихать.

Я на всякий случай прикрываю нос — вдруг стражи распыляют какой-то порошок…

Только сейчас осознаю, что все это время Сайтон действовал только одной рукой. Другой крепко прижимал меня к себе.

Я пытаюсь вывернуться и оттолкнуть его, из-за чего меня награждают негодующим взглядом и только сильнее прижимают к себе.

— Уважаемые леди, — с хмурым прищуром обращается к нам Сайтон, когда вокруг все стихает. — Я надеюсь, вы понимаете, в какую опасную ситуацию вас завели ваши необдуманные действия?

Иллидия сочувственно смотрит на меня и поджимает губы. Я отвожу взгляд и сжимаю челюсти.

Да.