Я не из тех матерей, которые привязывают детей к своей юбке.

Димон поднял руку.

– У нас на связи Нина, жительница Совина. Вы нас слышите?

Большой экран разделился на две части, в одной осталось изображение Мендельсон, в другой появилось лицо тещи отца Михаила."

"– Да, да, – закивала она, – вижу! Здрассти, Танечка и Ада! Остальных я не знаю, но всем добрый день.

– Вы видите Сару Яковлевну? – уточнил Димон.

Лицо Нины исчезло, вместо него появилось изображение Григория, сотрудника техотдела.

– Все ок! Я привез аппаратуру и поставил. Звук и картинка на месте. Мендельсон на экране, вы тоже. Можете говорить, я посижу на веранде, зовите, если что!

Перед нами опять появилась Нина.

– Тута я!

– Пожалуйста, расскажите то, что сообщили нам с Адой Марковной, когда мы посетили вас второй раз позавчера, – попросила я, – мы говорили втроем, ни вашей дочери, ни зятя, ни подруг не было рядом.

– Это очень скверная история, – предупредила Нина.

– Мы уже ее знаем, – объяснил Иван Никифорович, – а вот Елена и Виктор пока не в курсе. Но им необходимо услышать ваш рассказ. Вы обещали его повторить для Инессы и для тех, кто стал ее родителями.

– И не отказываюсь. Надо, чтобы в конце концов правда из болота выплыла. В том году погода радовала. Лето стояло, – завела Нина, – жарища! А до этого дожди лили. Ягод в лесу полно было, я подалась за малиной. Больше всего ее в лесу за обрывом, туда я и отправилась, набрала два огромных лукошка, устала, села на пенек. Обрыв прямо перед глазами, но я к нему не пошла, солнце шпарить стало, время под полдень. И зачем мне туда? Я под деревьями устроилась, рядом кусты. Хотела посидеть немного и домой топать. И тут слышу голоса. А мне ни с кем общаться не хотелось. Кроме того, народ у нас простой, увидят мои ягоды, без стеснения руку в корзину засунут и начнут жрать. Если сказать: «Эй, если охота полакомиться, сам в лес сходи», то жадиной обзовут. Да, жалко мне лентяев угощать. Утром я в лесок отправилась, не один час кусты обрывала, сил уже нету. Не дам ягоды! Схватила корзинку и в кустах спряталась. Но любопытство охватило, кого сюда принесло, я аккуратно ветки раздвинула и увидела Илью и Тамару. Они какую-то тряпку постелили, улеглись и давай обниматься, целоваться. Я сижу, думаю: пока у них так дело идет, не выйду. Вот если он с нее трусы снимет, тут уж я выскочу и им наподдам. Вона что придумали! Анастасия школьницей забеременела, теперь Тамарка туда же! Ну что с такими делать? И вдруг появляется Сара Яковлевна!

– Она врет! – тут же воскликнула Мендельсон.

– Нет, – засмеялась Нина, – вы меня не видели, я в зарослях спряталась и за всем, как в телевизоре, наблюдала. Не сразу профессорша вышла, сначала кашляла.