У него была теория, что первых нужно ждать именно «оттуда». Хотя, где конкретное «оттуда» — он сам еще не понимал, но работал над этим. Ох уже эти научники!

Девочки, одна за другой, пожали плечами.

— Вы не помогаете! — обвиняющее покачал головой я. Они еще раз пожали плечами. Как с такими кадрами работать?

Я задумался и попытался рассмотреть корабль, который совсем не выглядел устрашающим. Если это корабль Первых, то наш с Алексом спор разрешился боевой ничьей. Он не был понятной геометрической фигурой. Он, вообще, больше походил на наши корабли, но был какой-то более… зализанный, что ли.

Размерами — с наш крейсер. Вытянутое, серебристое тело напоминало, опять же, удлинённую каплю, где «передом» был ее тупой край, а к «хвосту» она сужалась, переходя в узкий и короткий «хвостик». На «теле» корабля не было видно ни надстроек, ни стволов пушек, ни радарных станций, она была просто испещрена бороздками и выемками и, вообще, имела очень «аэродинамичный» вид. Если бы дело происходило в атмосфере, я бы это понял, но в безвоздушном пространстве, без встречного воздуха, зачем его так «зализывать»? Хотя, нужно признать, выглядел корабль красиво и элегантно, блестя серебристым боком под лучами зелёной звезды.

— Сперматозоид! — выдал своё экспертное заключение Алекс, под шумок забравший последний пирожок и сейчас жующий с очень глубокомысленным видом.

— Ну, у него же «хвоста» нет! — возразил я.

Вместо ответа, Алекс молча ткнул пирожком в экран, снова его запачкав.

— Вот ты свинтус! — вздохнул я и снова оттер многострадальным рукавом боевой монитор.

Корабль двинулся к нам, и странный белесый выхлоп из его дюз создал тот самый «хвостик», которого так не хватало для полной картины.

— Хмм… А ты прав! Точно, головастик! — нахмурился я.

— А что такое сперматозоид, папа Алекс? — тут же поинтересовалась Дашка."

"Невозмутимый юморист немедленно смутился. У него были странные отношения с этими девочками-симбиотами. Назвав их именами своих «земных» дочерей, он очень много времени уделял им поначалу. Остаток человеческого разума у неполноценных детей, лишенных отеческого тепла с малых лет, к Сознанию которых подселили Симбиоты, сами по себе уже сформировавшиеся, как личность, требовали тепла и ласки. И «папой» Алекс стал совершенно естественно. А я — «дядей» или просто «Илаем». Это потом я уже стал Императором, а Алекс — Главным Инквизитором, да и обращались малые к моему другу или по имени, или с подколкой, кок он сам их учил. Но, иногда, проскальзывало это самое «папа», против которого Алекс никогда не был против. Как правило, когда нужно было или подлизаться или спросить что-то щепетильное. Такая себе, «тяжелая артиллерия»…

— Эмм… — Алекс смотрел на девочек, пытаясь подобрать слова.