Прошлая ночь… Проклятая прошлая ночь… Ну почему я не узнала правду до этого?!

– К сожалению, пытаться излечить можно, лишь когда эта напасть себя проявляет, – продолжал объяснять господин Дальд. – Но сейчас она в наивысшей стадии. А я ведь прямо чувствовал сегодня, что это ловушка! Отговаривал Алмира, но он все равно рискнул. А теперь вот… – снова беспомощный вздох. – Но пусть шансы малы, все равно необходимо попытаться.

А ведь это идеальный выход. Пусть я не в силах убить Алмира, но я ведь могу попросту его не спасать. И даже магистр не поймет, что я это нарочно.

Не получилось – и все, увы-увы. К утру Алмир умрет сам. Справедливость будет восстановлена. Бран отомщен. А я… Как же я буду после этого? Может, кинжал вообще предназначен для меня самой? Чтобы не мучилась?

Наверное, это был самый нелегкий момент в моей жизни. Но несмотря на шелуху всех этих нравственных метаний, я все равно твердо знала одно: я люблю Алмира. Люблю и хочу ему верить. Верить, даже если весь мир будет против него.

– Господин Дальд, что именно я должна сделать? – тихо спросила я.

Я не просто попытаюсь его спасти – я спасу его.

И он сам расскажет мне правду, как и обещал. И если эта правда совпадет с тем, что я узнала сегодня… Что ж, я просто уйду. Я не смогу простить Алмиру смерть брата. Но и убить его я тоже не смогу.

Наверное, до рассвета оставалось совсем немного, я попросту потеряла счет времени. От слабости, казалось, вот-вот потеряю сознание, но я держалась. Держалась на простой мысли: «Если не справлюсь, Алмир умрет».

Мне не нужно было делать ничего особенного. Как объяснил господин Дальд, просто позволить моей магии самой бороться с этой напастью.

И я всего лишь держала ладони над Алмиром, и льющийся мерцающий поток окутывал его подрагивающей дымкой. Пусть не сразу, но черные узоры начали бледнеть. И все же до их исчезновения было еще очень далеко. Ничего-ничего, я справлюсь. Иначе просто быть не может."

"Магистр был не в силах ничем мне помочь, тут могла подействовать лишь магия моего типа. Зато хоть по-своему, но помогала госпожа Мирланда. Она старалась отвлечь от панических мыслей, успокоить, приободрить. И меня, и переживающего Дальда. Может, ее стараниями, а может, и сам он рассудил, что так будет правильнее.

Но скрывать не стал, сказал:

– Это случилось полгода назад, Алмиру очень ловко подстроили ловушку. Тогда впервые он столкнулся с багровым туманом. Нападавших было очень много, и один из пожирателей, так называют обитающих в тумане тварей, ранил Алмира. К сожалению, даже самый могущественный маг не способен исцелить себя сам. Алмир добрался к целителям слишком поздно, – тяжело вздохнув, господин Дальд покачал головой. – Да, рану исцелили, но заражение магии уже было необратимым.