И за это я присуждаю десять баллов мисс Лаванде Браун!

В Большом зале началось нечто невообразимое. Шум усилился, хоть Гарри и думал, что это невозможно. Студенты вскочили с мест и все ликовали, радуясь долгожданному поражению Слизерина.

– Таким образом, нужно сменить декорации, – усиленный Сонорусом голос Дамблдора едва перекрыл какофонию, царившую в Большом зале.

Директор хлопнул в ладоши, и огромное зелёное с серебром знамя Слизерина, висевшее на стене, мгновенно сменилось ало-золотым гриффиндорским стягом.

Снейп встал, оскалился в дикой, перекошенной улыбке, протянул руку слегка ошарашенной Макгонагалл для рукопожатия и сказал что-то такое, отчего обычно невозмутимая ведьма зло прищурилась и пошла красными пятнами.

Мрачный Бёрк повелительным жестом заставил слизеринцев выпрямить спины и согнать с лиц обиду и недоумение.

– Мы ещё в начале года знали, что так и будет, – старший префект тоже использовал Сонорус. – пакуйте десерт, отпразднуем окончание учебного года в своей гостиной.

Поттер тяжко вздохнул и совершил ещё один подвиг. На глазах у всего Хогвартса он встал из-за стола, протолкался сквозь толпу студентов, окружавших гриффиндорскую троицу, и пожал руку Лонгботтому.

– Поздравляю, – сказал он серьёзно и протянул Пупсу пакет с мантией. – Прости, но отдать раньше у меня не получилось. Рон, Гермиона, рад за вас.

Невилл заглянул в пакет, побледнел и попытался что-то сказать, но Гарри мотнул головой:

– Там письмо. Непременно вручи его бабушке, ясно? Я не стал посылать сову в надежде на твою честность. Пока, ребята, мне нужно уходить с моим факультетом.

– Не могли записаться на эти дурацкие соревнования? – Грэхем Монтегю никак не желал угомониться и злобно зыркал на хмурого Нотта и подавленного Малфоя. – Я видел вас на тренировках, вы могли этих уродов сделать, как маглов.

– Вот именно, – Альфред Бёрк нахально притянул к себе хихикающую Виникус-среднюю и звонко чмокнул её в щёку. – Ваш будущий свояк, дорогая, ещё такой ребёнок. Ургхарт, я рад, что ты сумел удержать своих налётчиков на привязи.

Теренс хмыкнул и лениво отсалютовал Бёрку стаканом. По случаю грустного праздника Флинт щедро поделился заначкой. Благородных напитков в знаменитом схроне отродясь не водилось, а разбавлять огневиски могли только дураки из маглорождённых. Поэтому все старшекурсники пребывали в изрядном подпитии, даже девушки.

«Особенно девушки, – вздохнул про себя Гарри, наблюдая за тем, как Роберта Уилкис устраивается на коленях у здоровяка Дэниела Хигги. – Надеюсь, её жених ничего не узнает. Хорёк уверял, что чистокровные намного терпимее к таким вещам. Врёт, небось. Как тут утерпеть? Я бы обиделся».