— Девочка, — шепчет, наклоняясь ко мне и целуя в лоб. — Наша принцесса.

Я чувствую, как слёзы начинают собираться в уголках глаз. Это счастливые слёзы. Невероятно счастливые.

Когда мы выходим из клиники, Мирон не отпускает мою руку. На его лице написано столько счастья, что, кажется, он светится изнутри.

— Кошка, — говорит он внезапно, остановившись. — Надо в детский магазин.

— Зачем? — спрашиваю, глядя на него с улыбкой. — Рано же еще. Ребенку в утробе тринадцать недель всего.

— Купить корону, конечно. У нас будет принцесса, а какая принцесса без короны?

— Мирон.… — закатываю глаза, смеясь.

— Что? — вскидывает брови. — Ну пока ты поносишь.

— Ты неисправим, — качаю головой.

— Да, и ты это любишь, — отвечает он, подмигивая, и я понимаю, что он прав. Люблю. Каждую его сумасшедшую идею, каждую улыбку, каждое слово люблю.

Эпилог

— Эта для меня? — здоровенный боксер заходит в маленькую комнатку и нагло кивает на меня, пройдясь по всему моему телу тяжёлым хищным взглядом.

— Эта, — киваю, выгнув бровь, а потом развязываю шёлковый поясок халатика и позволяю тому сползти с плеч. — Привет, Чемпион.

На мне кружевное чёрное бельё, чулки и тонкая кожаная портупея. Кожа тут же покрывается мурашками, когда её обжигает взглядом мой чемпион.

Дорофеев ухмыляется, и я вижу, как в его глазах вспыхивает огонь. Зрачки расширяются, закрывают тьмой всю радужку.

Он подходит ближе, медленно поднимает руку и осторожно снимает мои очки и кладет их рядом на стол.

— Чтобы не разбились, как в прошлый раз, — говорит хрипло, в голосе — нетерпение.

А потом подхватывает меня под бедра и укладывает спиной на этот же стол. Я слышу, как очки падают на пол и бьются, но мне всё равно. Сейчас меня волнует лишь одно — я хочу принадлежать своему чемпиону.

Именно так он посмотрел на меня в первую нашу встречу, когда словно дикий волк ворвался в ВИП-ложу после победного боя.

Тогда правда он получил в ответ бешеный визг и синяк от моих зубов на заднице.

Сегодня у нас другой сценарий.

Сегодня моего чемпиона после боя ждёт награда.

* * *Когда мы, уже одетые, выходим из комнаты отдыха, сердце всё ещё стучит быстро-быстро. Кожа горит от ласк, а ноги кажутся неустойчивыми. Но в груди набухает гордость за мужа, за его победу, за то, что всё-таки вернулся в спорт, хотя реабилитация руки после операции была сложной.

Он вернул себе чемпионский титул, и сейчас на улице, у входа в Дворец спорта нас ждет целая толпа журналистов.

— Мирон, с победой! — к нам подходит моя сестра Лиля и передает с рук на руки Мирону нашу малышку Каролину. — Держи свою принцессу, она тут меня уже “запапкала”.

— Привет, кукла! — Мирод берет дочь на руки, а та обнимает его за шею и прижимается губками к его щеке.

— Каюцьки, — морщит носик, потирая ладошкой губки.