"

"– С дьяволом вы на одной ноге, не я, – растянутые в улыбке пухлые губы, а в серых глазах неприятие.

Она наблюдала на лице старой ведьмы отражение собственных эмоций. Если бы взглядом можно было убить…

– Павлика дома нет, – цедила карга сквозь зубы. – Пудрить мозги некому, я вижу насквозь твою алчную душу, – она легко села на постели.– Говори предложение. Что ещё от нас урвать надумала?

Нина улыбалась, пройдя к окну и открыв на проветривание. Ещё пару минут, и она задохнётся в спёртом воздухе.

– Мальчика вашего хочу избавить от бремени по воспитанию чужого ребёнка, а он настойчиво сопротивляется.

– Потому, что дурак! –Тамара захлебнулась словами, оценив платье развратницы. – Я сразу говорила, что ты шлюха!

Нина усмехнулась, пододвинув к широкой кровати кресло.

– Но на наш брак согласились, – идеально очерченная бровь взмыла вверх.– Знали, что на мне пахать можно, и я разовью ваш бизнес?!

Старуха плюнула вслед прошедшей мимо первой снохи.

– Павлуша сам неплохо справлялся!

– Да ну?– Нина рассмеялась.– Всю недвижимость мы купили вместе, и основные предприятия холдинга заработали при моём участии.

– Была бы другая, но порядочная, результат был бы тем же! – вставная челюсть скрипела.– Всё тебе, оборванке, за детей отдал! А должна была, как при разводе. Как пришла в семью с голой жопой, так и ушла!

Нина сомкнула веки, считая про себя до десяти. Странно, что Тамара ударилась в рассуждения об имуществе, вяло отреагировав на не отцовство Павла. Знает давно или настолько певать на обоих внуков? Не будь грымза старухой, с удовольствием выписала бы затрещину.

Она сложила на груди руки, отрезав:

– Не собираюсь вести с вами дискуссию, а ставлю перед фактом. Алиса не его дочь и пусть прекратит натравливать на меня опеку!

Тамара бросила взгляд на портрет сына, что висел на стене спальни, выговорив написанному маслом изображению:

– Глупый мальчишка! Никак не забудешь дохлую тварь. Что там любить, кожа да кости!

Шатенка с ухмылкой качнула головой, напомнив изображающей маразм:

– Я вообще-то здесь, перед вами стою.

Старуха вскинула голову, впившись глазами в стройную длинноножку.

– Лучше бы провалилась вместе со всеми своими выродками!– зло швырнула она, перебираясь в инвалидное кресло.

Нину переклинило. Красная пелена закрыла глаза, она шагнула вперёд, вырывая сидение из-под плоского зада ненавистной свекрови. Та взвизгнула, но не упала, а сделав несколько шагов за колёсами, догнала мягкое кресло, плюхнувшись в него с глухим звуком.

Ненавистная невестка всплеснула руками.

– Боже, что святой пендаль творит с инвалидами! – зашипела она, с трудом сдерживая гнев.– И не приберёт вас никак чёрт. Георгий Борисович скучает по жёнушке на сковородке!

Она до крови вдавила в ладони ногти.