Позади девушки, чье перекошенное от злобы лицо меня даже несколько испугало, стояли многочисленные соседи и бурно обсуждали нашу семью. Девушка перестала бить в ногами дверь, зато вновь принялась звонить.

— Иттай![9] Как громко! — сестра прикрыла уши руками. — Может, звонок перегорит и станет тихо?

— Тихо не станет до ночи, — возразил папа. — Давайте сделаем так — я перережу проводочки одни, и звонок сам собой… отключится.

— И никогда больше не включится, — добавила я и пояснила ничего не понимающему Антону: — У папы уникальные руки. Он может сломать все что угодно. Но вот сделать это потом крайне сложно.

— Нет уж, перерезай свои проводочки. Этот трезвон меня заколебал! Сумасшедшая какая-то! — потребовал Леша, забыв, что именно он «виновник торжества».

— Откройте ей дверь! — музыкально проскандировали нам соседи.

— Открывай, зараза! — обрадовалась поддержке бывшая пассия. Теперь она билась в дверь всем телом.

— Ну не сможет же хрупкая женщина действительно стальную дверь выбить? — внимательно оглядел нас Томас.

Ответом ему было молчание.

В результате поступили так: папа все-таки лишил звонок электрического питания, и в квартире стало относительно тихо. Потом все мы переместились обратно на кухню, тщательно захлопнув дверь в нее, чтобы не слышать назойливые крики. Изредка папа ходил и проверял, все ли в порядке с дверью. Часу в двенадцатом бешеная девушка стала менее активной, да и почти все соседи разошлись по домам. Леша уговорил изрядно повеселившегося Антона остаться ночевать у нас. Тот, к моему ужасу, согласился. Знала бы Нина, что моя квартира стала приютом для ее несчастного поклонника! Почему-то представилась картинка, как подруга сидит дома, а к ее двери прорывается Антон и начинает ей орать, чтобы она вышла. Я тихо засмеялась.

Вот уж уморительная ситуация была бы!

— Сама с собой смеется уже, — произнесла над моим ухом Нелли, — вот видишь, до чего твои женщины со своими скандалами довели мою сестру, Лешка?

— Это моя клиентка, — показал ей украдкой кулак дядя.

— При чем тут твоя клиентка? — вновь поинтересовался папа.

Леша не выдержав схватил брата за плечо и выволок его из кухни сказав, что «надо поговорить бы».

Я не выдержала и под шумок выбежала вслед за ними (в это время Нелька терроризировала Антона какими-то расспросами). В коридоре, под уже слабеющие стуки в дверь, Алексей выговаривал папе:"

"— Ну почему ты не понимаешь! — змеем шипел он. — Я не хочу подавать плохой пример этому ее Антону! Я постоянно расстаюсь с женщинами и частенько по их вине попадаю в такие дурацкие положения. Но не хочу, чтобы этот чувак бросил твою драгоценную дочку! Она будет ходить сама не своя, ныть и действовать мне на нервы.

Я заулыбалась над словом «чувак».