Его дело, я не лезу.

Стоит Боре уйти, как Аля поднимается на ноги и наклоняется над столом, чтобы собрать бутылки. Я в это мгновение смотрю прямиком туда, куда надо – на ее сиськи. Декольте у пижамки, конечно, отпад. Приходится в который раз напоминать себе, кто передо мной.

Сестра друга. Мать его, он полчаса назад говорил о том, что доверяет мне. А я пару дней назад трахал его сестру. И ладно бы просто трахал.

Я стал ее первым.

***"

"Аля уходит, и мне становится немного легче. В ее присутствии приходится заметно напрягаться, чтобы не дать волю языку и рукам. Я и так лишнего сболтнул, когда предположил, что она пытается меня соблазнить.

Удивилась, девочка, конечно, глаза вытаращила, а потом утвердительно так сказала, что я ее терпеть не могу.

– Вы еще что-то будете? – спрашивает, стоя у двери кухни. – Закуски там…

– Не надо, допьем и спать. Завтра рано вставать.

Она кивает и идет ко мне. Выглядит так, будто реально ко мне идет, но на самом деле – забрать со стола пустые тарелки и остальной мусор. Она чуть пошатывается, так что сразу понятно – столько пить она не привыкла. В баре она была трезвой. Коктейли пила, конечно, но от них быстро отпускает, а это вино.

Тут эффект подольше и посерьезнее.

Пока Алина собирает со стола мусор в тарелку, я рассматриваю ее длинные ноги и тонкую талию, скрытую под пижамой. Хотя хера с два скрытую. Ткань так сильно облепила ее фигуру, что я без труда угадываю каждый изгиб. Подозреваю, натяни она балахон до пят, я бы один черт ее хотел. Потому что помню, какая она. Даже упругость ее груди воскресает в моих воспоминаниях.

Аля дотягивается до салфетки на самом краю, бросает ее в тарелку, а затем резко выпрямляется и отходит на шаг.

Хорошо, в этот момент в ее руках ничего нет, потому что она цепляется ногой за мою. Через мгновение мой член приветственно дергается, потому что ее задница оказывается на нем.

Я едва ли думаю, что делаю, когда обхватываю ее за талию. Пижама приподнимается, поэтому моя ладонь касается нежной кожи. Это точно лишнее, но остановиться я уже не могу. Возбуждение, накапливающееся весь вечер, дает о себе знать. Мои руки начинают жить своей жизнью, блуждают по впалому животу, а губы касаются оголенной кожи плеча.

Я чувствую вкус меда и улавливаю запах ванили.

Меня ведет. Я понимаю, что надо оттолкнуть, но не могу. Ласкаю ее руками и языком. Что она со мной делает?

Ее руки вцепляются в мои, она переплетает наши пальцы и отстраняет мою руку, которая уверенно тянется к груди.

– Глеб, Боря на балконе…

Как обухом по голове. Я резко спихиваю ее с себя и встаю. Не придумываю ничего лучше, чем скрыться в ванной. Внутри кладу руки по обе стороны от раковины и смотрю в зеркало. Глаза горят безумием, челюсти плотно сжаты, а ноздри раздуваются.