А он… он другую катает.

Такая злость меня пробирает, что я резко отшвыриваю джинсы и принимаюсь яростно застегивать опустошенный чемодан.

Запихнув его в шкаф, такое отчаяние накатывает. Я забираюсь на кровать с ногами и, обхватив колени, утыкаюсь в них головой и начинаю плакать. Реву просто и успокоиться не могу. Знаю, что не стоило ни на что рассчитывать и верить, но мое сердце такое глупое и доверчивое. Справиться с ним оказалось трудно. Оно из-под контроля вышло.

Не знаю сколько так сижу. Отвлекаюсь только когда слышу возню и мат в коридоре. Тут же вскакиваю и несусь туда, хотя о том, что мне лучше не высовываться, вспоминаю слишком поздно.

Как и о тех парнях, которые искали брата. Замираю в коридоре. Никаких амбалов здесь нет, зато есть Глеб. С разбитой скулой и губой. Смотрит на меня недовольно и держит брата в захвате.

– Какого хрена, Аля? – кричит на меня. – Что я сделал, чтобы заслужить настолько теплый прием?

Глава 58

Глеб

Боря дергается, но я крепко держу его в захвате. После задержания он сильно ослаб, а я набрался сил, так что без труда блокирую его попытки освободиться. Хотя надо отдать ему должное, он застал меня врасплох.

Я когда к нему ехал, не ожидал получить по роже. По телефону он сказал, что Аля недавно приехала с чемоданом и расстроенная. Я тут же сорвался к нему.

Из носа капает кровь, скула болит. В последнее время я слишком часто получаю по лицу, чтобы переносить это без последствий. Когда из комнаты выходит Аля, не выдерживаю и повышаю на нее голос.

– Какого хрена, Аля? Что я сделал, чтобы заслужить настолько теплый прием?

Она смотрит на меня испуганно. Ее ресницы подрагивают, брови удивленно взметаются вверх, она глаза свои таращит и рот приоткрывает, но надо отдать ей должное, быстро в руки себя берет и гордо голову задирает.

– Это твои проблемы с братом, – говорит она. – Я не знаю, за что ты получил и разговаривать с тобой не намерена.

Сказав это, она разворачивается и уходит в свою комнату. Дверью хлопает так, что у меня в ушах звенит. И на ключ закрывается, так что войти у меня не получится.

– Расскажешь, какого хрена происходит? – спрашиваю у Бори.

– Тебе придется меня отпустить, – говорит он.

Я толкаю его подальше и готовлюсь к нападению, но его не происходит.

Боря, морщась, потирает руку.

– Ты ее обидел, – ошарашивает меня новостью. – Я так понял. Но что случилось она мне не говорила.

– Прекрасно просто.

Игру в “догадайся сам” ненавижу больше всего. Просто, блть, терпеть ее не могу. А у женщин это, видимо, любимая тактика. Мозг своим надутым видом по чайной ложке выедать. Не устраивает что-то, обиделась, недовольна, так скажи! Я не из догадливых, откуда мне знать, на что она обиделась? Когда я уезжал она была относительно спокойной.