Жена четвертого друга не работала, но постоянно участвовала в каких-то собраниях, вроде «Женщин высшего общества Нью-Йорка» или «Лиги юниоров», это было ее хобби, и она любила это дело всей душой. Этот четвертый друг говорил, что ему не хватает с ней времени, потому что она всегда занята своими делами.

Жена пятого друга была бизнесвумен, они поженились в результате слияния их наследных компаний, брак был договорной. Но чуть позже вспыхнули и чувства, что бывает скорее редко, чем часто в таких браках. Они вместе управляли компанией, и когда-нибудь эта компания перейдет по наследству их единственной дочери — Майе.

Я ничего не рассказывал ей из того, что знал, ведь это совсем не мое дело. Кроме того, подруга сама догадывалась об изменах, как и ее мама. Но почему-то никто из них не предпринимал каких-то активных действий. Чужая семья — не моя проблема. Если они молчали, значит так нужно.

Жена шестого друга, пожалуй, была идеальна. Она не выносила мозг, выглядела как победительница конкурса «Миссис Мира» и заботилась о своей семье. Но шестого друга все равно несло к другим. Он изменял везде и постоянно.

Каждый раз с новой женщиной. Это был отец Кайла.

Вы уже знаете, что случилось с его матерью, после того, как она узнала об этом. Попытка отравления, больница, таблетки, и ненависть ко всему живому, в том числе и к Кайлу.

У каждого из них была своя отговорка. Каждый винил в собственной неверности жену.

А вот отец, кажется, любил Стэф, а Стэф любила его. Когда она появилась в нашей жизни, отец стал реже видеться с друзьями. Дошло до того, что этот дом стал только нашим местом. Мы бывали здесь втроем, никого лишнего.

На самом деле она мало что любила от нашей с отцом жизни.

Но этот дом был исключением. И дело было не в роскоши или квадратных метрах, дело было в Аспене, снеге, горах и свободе. Ей нравилось проводить свой день, взбираясь на склоны, а потом скатываясь с них на высокой скорости. Я хвостиком бегал за ней и учился тому, что умела она.

Это место стало нашим убежищем, где все трое были счастливы.

— Да! — крикнула Майя, закатывая одним ударом сразу два шара в разные лузы.

Я взглянула на ребят, они предварительно разделились на две команды, в одной были Джоанна Натали и Кайл, в другой Одри, Майя и Джим.

Джоанна не очень хорошо играла в бильярд, хотя это мягко сказано: таких хреновых игроков в бильярд, я еще не видел.

Был черед Одри. Натирая кий мелом, она прошлась вдоль бильярдного стола, свысока взирая на своих противников. Откинув темные волосы от лица, она нагнулась и начала прицеливаться, Одри ударила и закатила шар в лузу."

"— Вот так это делается, официанточка, — бросила она, не сводя надменного взгляда с Джоанны и неторопливо отходя от стола.