Даже свист ветра где-то за стеной послышался, одинокий и печальный.

– Да вы достали, – раздосадовано произнес господин Эллохар низким чуть хрипловатым голосом, присущим всем темным лордам. – Хватит изображать из себя статуи! Я видел всех!

Я замерла и даже дышать перестала.

– Мой принц, – прошепелявил кто-то испуганным голосом, – вы же… пить бросили…

– У меня появился повод.

– У вас… человеческая девушка на руках, – все тот же шепелявый.

– Что, правда? – искренне изумился тот, кто, похоже, действительно держал меня на руках.

И я распахнула глаза, чтобы увидеть деревянный потолок, потемневшие от времени балки, глиняную крышу, и… о, боги, висящих под крышей трех перепуганных вампиров! Вероятно, мне следовало бы закричать от ужаса при виде крылатых существ с бледной кожей, клыками и совершенно красными глазами, но один из них приложил палец к губам, одним этим универсальным для всех рас жестом взмолившись о моем молчании. И я промолчала!

– Найриша, – раздалось надо мной, и вампиров закрыла голова склонившегося надо мной господина Эллохара, – как ты себя чувствуешь?

Я смотрела на его абсолютно человеческое лицо, в совершенно человеческие глаза, и… мне очень хотелось поверить, что все произошедшее мне привиделось. Просто привиделось. В конце концов я переутомилась в лечебнице, а до того безумно сложная ночь в чайной, и явление божества, вернувшего мне магию и… дедушка.

– Тихо-тихо, дрожать не нужно, все хорошо, – успокоил меня Даррэн.

И я поверила. Глядя в его серо-синие глаза, я отчаянно захотела в это поверить.

– Отпустите меня, пожалуйста, – хотела сказать, а получился шепот.

– Мне кажется, ты все еще плохо себя чувствуешь, – мягко отказался господин Эллохар."

"– Нет, что вы, мне уже лучше, – заверила я, убеждая себя в том, что и вампиры мне привиделись.

Но мужчина нахмурился, затем тяжело вздохнул и уже без тени улыбки произнес:

– Тебе здесь опасаться совершенно нечего. Тебя никто не тронет, никто не посмеет обидеть, никто не сможет прикоснуться даже. Ты со мной, Найриша, а значит под моей абсолютной защитой. Все поняла?

Не поняв ровным счетом ничего, я все же утвердительно кивнула.

И меня тут же осторожно поставили на ноги, развернув к себе лицом и я ничего, кроме господина Эллохара, его серой рубашки и завязок на оной не видела. Затем прозвучало несколько напряженное:

– Найришенька, еще раз – здесь тебе совершенно ничего не угрожает и… – так как я смотрела на господина Эллохара, не могла не заметить, как вдруг стал рассредоточенным его взгляд, как изменилось дыхание, как…

Я затаила дыхание, не отрывая от него взгляда почему-то широко распахнутых глаз.