Улыбнувшись, ответил:

- Не за что, Карина. До встречи.

И просто скрылся где-то в темноте лестниц.

Я же осталась в обществе свекрови, хоть официально и не моей, ощущая себя так, будто меня загнали в клетку с хищниками.

- Ну давай, заходи домой, - подтолкнула я сына вперед.

Свекровь неохотно отступила, пропуская его внутрь. У меня возникло странное, бредовое ощущение, будто она вообще не собиралась пускать меня в мой же собственный дом.

Закрыв за собой дверь, я сказала сыну:

- Ром, ты беги к себе, переодевайся. Я попозже приду.

Дождавшись, когда сын скроется в нашей, теперь уже общей, спальне, я вновь посмотрела на мать Якова и поинтересовалась:

- Вы надолго к нам, Елена Николаевна?

- А что, уже гонишь? - фыркнула она в ответ.

Подбирать выражения я не стала. Сказала так, как есть:

- Боюсь, у нас просто нет свободных спальных мест. Дело в том, что ваш сын уже наприглашал сюда гостей…

Ее взгляд стал острее, жестче. К моему удивлению, она спокойно откликнулась:

- Я знаю.

- Знаете?..

Глупый вопрос. Ну конечно, она знала. Ведь кто-то же открыл ей дверь, пригласил в квартиру. И, весьма вероятно, это была, например, Инга…"

"Я в очередной раз за последние дни горько пожалела о своей беспечности и недальновидности.

О слепом доверии, об уверенности в том, что, несмотря на статус всего лишь гражданской жены, я важна для Якова…

Я никогда не лезла с пристрастием в его прошлое. Конечно, мы обсуждали то, что было с нами до встречи друг с другом, но он сразу ясно дал понять, что когда-то его сильно ранили и что вспоминать об этом ему сложно и больно. Он не скрывал, что именно неудавшиеся отношения стали причиной того, что он уехал так далеко от дома, бросив все, чтобы забыть. Чтобы ничего не напоминало.

И я принимала его со всем этим грузом. Не ковыряла старых ран из праздного любопытства, не настаивала на откровенности. Просто готова была вместе с ним начать все заново и сделать счастливым - насколько это от меня зависело…

Но, похоже, так и не сумела.

А теперь, как следствие, даже не знала - была ли мать Якова в курсе того, что он так и не развелся? И как она вообще относилась к Инге?..

Ответ на оба эти вопроса я получила почти мгновенно.

- Знаю, - повторила Елена Николаевна.

Я едва сдержалась, чтобы не потереть виски, в которых начала уже скапливаться боль.

- Тогда вы понимаете, что нам, к сожалению, негде вас устроить…

Я ожидала, что она разозлится. Оскорбится. Начнет кричать и возмущаться…

Но совсем не была готова к тому, что Елена Николаевна вдруг скажет:

- Именно поэтому весь этот цирк пора заканчивать, Карина. И давай говорить откровенно - если здесь и есть кто-то лишний, то это - ты…

Мне показалось, что меня ударили. Ударили куда-то прямо в сердце. Так болезненно, что захотелось согнуться, словно сломанный стебель, напополам…

Но я устояла.