— Настоящий помощник некроманта!

Вероятно, Сэм это услышал, потому как резче заработал крыльями, во все стороны полетели брызги грязи. Сидевшая у самой черты ласка возмущенно рыкнула и отодвинулась. Феникс тем временем кое-как провел подопечного через отрезок с раскачивающимися бревнами… и успешно скормил первому же зубастому цветку. К финишу Сэм доволок слегка погрызенную, перемазанную с ног до головы иллюзию, у которой не было одной руки. Среди фамильяров вспыхнула эпидемия кашля и ехидных хмыков, но результаты остальных оказались не намного лучше.

Храбрившийся волк не уследил, и его подопечному отгрызли ногу.

Некоторое время тот упрямо скакал на одной, потом попался ядовитым кустам и к финишу приполз утыканный иголками, как кактус. Надменная ласка не пожелала лезть в грязь, за что и поплатилась: иллюзия ее адептки едва не утонула, кое-как сумела вынырнуть и засыпалась на первом же бревне. На место белоснежная задавака вернулась понурой и несчастной. И поделом, сегодня она в грязь лезть отказалась, а завтра настоящую опасность проворонит.

Я наблюдала за происходящим с искренним интересом.

Однокурсники разбились на пары и рьяно обсуждали, а кое-где и ругали методы Альфреда. Рядом со мной плюхнулся Сэм, почистился с помощью заклинания и принялся с азартом болеть за Мирабель. Голубка доволокла своего адепта до финиша, выругалась и без сил приземлилась рядом.

— Ужас, — прокомментировала она, отряхиваясь. — Но интересно.

Я согласно закивала и толкнула Сэма хвостом.

— Смотри, Марк пошел!

Мы притихли, наблюдая, как заяц носится вокруг иллюзорного Люка кругами. Ямы они благополучно перепрыгнули, от бревен увернулись, а особо наглый куст Марк умудрился поджечь магией.

— Фу-у, гадость! — Отплевывающийся заяц перебрался к нам, выбил из трубки грязь и сунул обратно в рот.

— Даниэлла, — позвал преподаватель. — Ваша очередь.

Согласно кивнув, приблизилась к «Элле» и критически ее осмотрела. Альфред постарался на славу, выглядела она как живая. Вздохнув, пробормотала заклинание, цапнула уменьшившуюся адептку за воротник и побежала вперед. Позади хором взвыли однокурсники.

— Так нельзя! — взвизгнула ласка, но я только ехидно хмыкнула."

"Перепрыгнула одну яму, обежала по краю другую, прошмыгнула под бревнами, следя, чтобы не зацепить их хвостом, и выпрыгнула на дорожку с кустами.

Те, почуяв добычу, потянулись к нам ветвями, но я задрала свое бобровое сокровище трубой и почесала вперед. Мимо цветов пришлось красться тихо-тихо; облик кошки в этом деле только помогал, а лисьи ушки чутко улавливали любой звук.

— Готово, — сообщила я, поставив крошечную Эллу за финишной чертой и увеличив ее до нормальных размеров. — Одна адептка, доставлена целой и невредимой.