— У меня все нормально. Ты? Да. Да. Это ужасно. Да. Нет, я остался в городе, считай меня стойким приверженцем. Рив откинулся в кресле, поигрывая ножом для вскрытия конвертов в форме кинжала. — Да. Ага. Верно. Да, я знаю, возникшая в главенствующей верхушке пустота…Что, простите? — Рив выронил нож на промокательную бумагу. — Что вы сказали? О, действительно. Ну, а что насчет Мариссы? А, конечно. И я не удивлен, что…

Фьюри стало интересно, что за бомба сейчас взорвалась.

Спустя какое-то время Рив прокашлялся. Затем улыбка лениво расплылась на его лице.

— Ну, учитывая ваши чувства… с удовольствием. Благодарю. — Повесив трубку, он поднял взгляд. — Угадай, кто стал новым Главой Совета?

У Фьюри отвалилась челюсть.

— Ты не можешь. Как, черт возьми, ты можешь…

— Выяснилось, что я единственный выживший член моего рода, и существует правило, по которому женщина не может стать Главой. И так как я единственный мужчина в Совете, то дорогой, угадай, кто придет на ужин. — Он снова откинулся в кресле. — Я нужен им.

— Вот ведь… дрянь-то.

— Ага, если живешь достаточно долго, можно и не к такому прийти. Передай своему боссу, что с ним будет очень приятно работать.

— Передам. Обязательно. И слушай, спасибо еще раз. За все. — Он направился к двери. — Понадоблюсь — звони.

Рив кивнул головой.

— Позвоню, вампир. Пожиратели грехов всегда собирают долги.

Фьюри улыбнулся.

— Политически корректное определение — Симпат.

Он покидал офис, сопровождаемый порочным смехом Рива, напоминавшем раскаты грома.

Фьюри материализовался перед особняком Братства и поправил свою мантию. В своем желании произвести хорошее впечатление, он чувствовал себя чужим в этом доме.

Логично. Его жизнь сменила адрес.

Было чертовски странно подходить к этому дому, заходить в прихожую и набирать дозвон на видеоэкране, словно он какой-то незнакомец. Открывая дверь, Фритц казался не менее удивленным.

— Господин?

— Ты мог бы передать Рофу, что я пришел и хотел бы поговорить с ним?

— Конечно. — Доджен поклонился и быстро взбежал по парадной лестнице.

Ожидая, Фьюри оглядывал фойе, думая о том, как его брат Дариус построил особняк… как давно это было?

Роф появился на вершине лестнице, осмотрительная напряженность отражалась на его лице.

— Привет. — Фьюри поднял руку. — Не против, если я поднимусь ненадолго?

— Конечно.

Фьюри медленно преодолевал лестницу. И по мере его приближения к спальне, покалывания на коже усиливалось, потому что он не мог заблокировать мысли о красном дымке, выкуренном в той спальне. Часть его так сильно хотела курнуть, что он почти сбился с дыхания, а в голове начало долбить.

Голос Рофа был жестким.

— Слушай, если ты пришел за своими наркотиками…

Подняв руку, Фьюри сказал хриплым голосом.

— Нет.