Когда она выпрямилась, то почувствовала его глаза на себе, и задалась вопросом, что он видит. Женщину или Избранную?

Какая странная мысль.

— Ну, вы двое побеседуйте, — ярко-золотые глаза Праймэйла выдернули ее из своих мыслей. — Я дежурю сегодня вечером, поэтому буду отсутствовать.

Сражения, со страхом подумала она.

Она хотела подбежать к нему и попросить, чтобы он был осторожен, но это не ее дело, не так ли? Ее едва ли можно было назвать его Первой Супругой, с одной стороны. С другой стороны, он был сильным воином и вряд ли нуждался в ее беспокойстве.

Праймэйл хлопнул Джона Мэтью по плечу, кивнул ей и вышел.

Кормия наклонилась в сторону, чтобы посмотреть, как Праймэйл поднимался по лестнице. Его походка была плавной, несмотря на протез и отсутствие конечности. Он был высок, горд и прекрасен, и она ненавидела часы, которые пройдут до того, как он вернется.

Когда она оглянулась, Джон Мэтью стоял у письменного стола, вынимая небольшой блокнот и ручку. В процессе письма он держал бумагу близко к груди, его большие руки были согнуты. Он выглядел намного моложе, чем можно было судить по размерам его тела, пока трудился над своим письмом."

"Она видела, как он общался с помощью знаков в те редкие моменты, когда ему было что сказать за столом, и ее осенило, что, возможно, он был немым.

Поморщившись, будто был не впечатлен написанным, он повернул блокнот к ней. «Тебе нравится читать? В этой библиотеке полно хороших книг».

Она посмотрела в его глаза. Какого прекрасного синего цвета они были.

— Какие проблемы с вашим голосом? Если мне позволено спросить.

«Нет проблем. Я дал обет молчания».

Ах… она вспомнила. Избранная Лейла сказала, что он соблюдал такой обет.

— Я видела, как ты использовал руки при общении, — она сказала.

«Американский язык жестов», написал он.

— Такой изящный способ общения.

«Вот его я и использую». Он написал еще немного и затем показал блокнот снова. «Я слышал, что Другая Сторона очень отличается. Правда, что там все белое?»

Она приподняла край своей одежды в качестве примера того места, где она выросла.

— Да, белый — это все что мы имеем, — она нахмурилась. — Все что нам нужно, скорее.

«У вас есть электричество?»

— У нас есть свечи, и мы все делаем своими руками.

«Звучит старомодно».

Она не была уверена, что он имел в виду:

— Это плохо?

Он покачал головой. «Я думаю, это круто».

Она слышала это слово за ужином, но до сих пор не понимала, как величина наклона может служить позитивным ценностным суждением.

— Иного я не знаю. — Она подошла к одной из высоких, узких дверей со стеклами. — Ну, не знала до сих пор.

Она подумала, что ее розы так близко.

Джон просвистел, и она посмотрела через плечо на блокнот, который он ей протягивал.