Бассейн всегда мне помогает привести в порядок мысли и охладить ярость кипящую в венах.

Я осмотрел плавки, вспомнив утреннее приключение, только что не обнюхал. Господи, до чего я дожил. Натянул на расчесанный до крови зад и спустился в бассейн. Мелькнула мысль принять сауну, но я ее отчего – то откинул, вспомнив кабинет химии в школе. Наверное бог меня решил сегодня сберечь, не иначе.

Подсвеченная синим светом вода показалась мне зловещей, но я отмахнулся от предчувствий. На дне, лицом вниз лежал мальчишка. Я узнал его по рубашечке и брюкам. Только волосы мне показались странными.

Но думать было уже некогда. Хотя, судя по тому, что тело на дне колыхалось, спасать там было уже некого. Боже, что я скажу плюшке? Она же…

Я разбежался и…

Ноги вдруг потеряли сцепление с плиткой. Я заскользил раскинув крылья и раззявив рот в беззвучном вопле, потому что связки голосовые у меня парализовало. Зацепился пальцами ноги за бортик бассейна, услышал нехороший хруст, взвыл и вошел в воду блинчиком как камень в детской игре. Даже проскакал раз семь, едва соприкасаясь с поверхностью жидкости. Долетел до противоположного борта, ударился спиной об кафель, сполз под воду и в два гребка доплыл до тела, теряя сознание от нехватки воздуха, который вышел, когда я орал в полете, словно одуревшая чайка.

Дернул неподъемное тело на себя, и чуть не обделался, когда нога мальчишки отделилась от тела. Тупо уставился на конечность в своей руке. Пластмассовая. Сука. Убью.

– Я же говорила, что камень не надо было класть, он бы и так не всплыл,– первое, что я услышал, выныривая на поверхность.

– А с маслом норм тема,– пропищало исчадье мужского рода. – Ты видела, как он летел?

Я улегся на спину на воде, чувствуя полнейшую опустошенность.

Интересно, сколько я выдержу? Минелаич вон за три месяца офонарел.

– Я вас убью,– прохрипел, борясь с головокружением от кислородного голодания.

– Дяденька огр, простите нас,– пробасила Варюша,– мы не нарочно. Просто хотели посмотреть, будете вы Вовку спасать или нет?

– Меня зовут Глеб Егорович.

– Мы поняли, Хлеб Огрович.

– Я сейчас отдышусь и выдеру вас как сидоровых коз.

Мои слова ушли в пустоту. Ироды скрылись из вида со скоростью двух смертоносных пуль. Конечно они не раскаялись в своих деяниях.

И их «прощение» просто хитрый ход. Проще же притвориться невинными овечками. А я уверен, они хладнокровно все планируют. Уверен. Завтра же поеду к Параше. Пусть ее жених забирает Тварюшу и демона Вовку, раз така любовь у них. Да надо еще мазь от ушибов купить, что ли? Пальцы вон на ногах стали похожи на синие сосиски.

Прасковья"

"– А я тебе говорю, она его не любит,– донесся до меня бас Варюшки. Боже, мои дети, что они тут делают? Как я покажусь им в таком виде? Больничный халат никого еще не украшал.