При чем по всей вероятности мне придется насладиться незабываемыми мгновениями, потому что к урагану в желудке присоединилась еще адская тошнота.– Глеб Егорович, вы в порядке? – встревоженно спросила поганка.

– Мне нужно отлучиться,– сдавленно прохрипел я, вскакивая со стула.– Даю вам карт-бланш. Договор должен быть подписан, с сохранением всех пунктов.

– Но я…

– Мне плевать, как вы это сделаете, Параша. Я бы на вашем месте просто встал со стула, и они согласятся на все наши условия. Поверьте. Я знаю, что говорю, – борясь с колючим ежом в глотке, просипел я.

Желудок заревел так, что звуки им исторгаемые, стали, кажется достоянием всего ресторана.

Черт, с чего меня так крючит? Я даже завтракать не стал сегодня, предвкушая более тонкое гурманство – испуганную плюшку в моей власти. Только чаю попил, которым меня угостила … Мать твою.

– Что ты подсыпала мне в чай, лишенка? Это была диверсия? Ты с турками заодно? –мой вопрос прозвучал как жалобный стон подыхающего кашалота, но ждать ответа я не стал. Только что низкий старт не принял. Ломанулся в сторону туалета, сметая на своем пути, все, что попадалось, включая несчастного молоденького официанта.

Некстати выползшего на тропинку, по которой я ломился, словно носорог к водопою.

Время растянулось, словно резиновое. Спустя, наверное, полчаса, я наконец-то на негнущихся ногах дополз до казенной раковины и с наслаждением плеснул себе в лицо пригоршню ледяной воды. Из ресторанного зеркала на меня уставился зеленый, измученный гуманоид с планеты Борбофигиус, и это не преувеличение. Мне даже показалось, что на моей черепушке шевелятся не волосы, а уродливые щупальца. Я моргнул, морок вроде развеялся.

Но осадочек, как говорится, остался.

– Эй, вы там как? – раздался снаружи тихий голос чертовой чумы, и поскребывание по дверному полотну.– Господин Седов, договор подписан. Турки ушли злые.

– Почему злые? – измученно поинтересовался я. Скорее всего эта дура полностью, провалила сделку. Вот так и просирают бизнес, мать его. При чем, в буквальном смысле.

– Потому что вы исчезли, наверное. А может потому, что я отказалась ехать с ними в хамам,– пискнуло из-за двери толстое недоразумение.– Глеб Егорович, может врача вам вызвать? Вы там давно, я волнуюсь.

– Я сейчас выйду, и убью тебя,– обессиленно пообещал я, чувствуя адскую злость. Только злился я, как ни странно не на гребаную котлетку. А на поганцев компаньонов. Мою помощницу, в хамам? Они, мать их, берега что ли попутали? Я что им сутенер, баб предоставлять для утех? Хорошо, что эти черти свалили, а то бы пришлось их прикопать в ресторанной клумбе.

Живот снова скрутило, а в голове заработал бетонный пресс. Да какая мне к черту половая разница, куда и кто позвал эту толстую идиотку в уродских трусах.