Алишер, сволочь некромантская завалил её шмотками! ОДИНАКОВЫМИ!

Все платья были одного фасона — полностью закрытые, как у монашки. И плевать, что ткани великолепного качества — они были чёрных и серых цветов, либо чёрные с серыми вставками!

— Это просто какой-то кошмар! — злилась Сара. — Что за детский сад? Чего он добивается?

Сара вернулась в комнату. И с маниакальным блеском в глазах осмотрела великолепной работы шторы, покрывало на кровати и, ткнув пальцем в служанку, сказала:

— Срочно принеси мне ножницы и нитки!

Шери деревянно поклонилась и покинула покои Сары.

— Ну что ж, Алишер, ты не на ту напал, — улыбнулась Сара. — Я буду играть в твою игру, но только по своим правилам!

Ей вдруг пришла в голову гениальная идея. Она заглянула в будуар. Критически оглядела замершею статуей скелетину и сказала ей:"

"— Думаю, тебе понравится ходить в платье, а не пугать меня обнажённым видом своих костей.

Глава 8

* * *— Мари, тебе не кажется, что Калюку не место за нашим столом? — с упрёком произнёс Алишер.

Мариям взглянула на своего питомца, который сидел на очень высоком стуле, и с довольным урчанием поглощал свежие кусочки сырого мяса.

Она пожала плечами.

— Ты раньше не был против Калюка за столом, папа. Мне совсем не хочется, чтобы Калюк ел с пола. Он всё-таки особенный котик, он мой котик. Он мой друг, папа.

— Урсула, вы должны были объяснить Мари, почему животные за столом не могут находиться! Мари! Калюк — кот и должен знать своё место…

— Папа, а твоя жена? Почему она не пришла обедать с нами? Или ты её кормишь с пола? — воскликнула Мариям и швырнула ложку в суп, отчего брызги разлетелись в стороны, и попали на няньку Урсулу и на Алишера.

Калюк даже ухом не повёл.

— Мари! Что за выходки? — рассердился Алишер и резко замолчал. Потом выдохнул и покачал головой. Эта женитьба выбила его из привычной колеи. Уже и срываться на дочери стал.

— Прости, родная. Конечно же, пусть Калюк будет с нами. Он член семьи и мой подарок тебе.

— Почему твоя жена не обедает с нами? — настаивала на своём Мариям. — И ты обещал про неё рассказать!

Алишер до хруста сжал столовые приборы в руках.

Его дочь непогодам сообразительна и умна. Она даже разговаривает не так, как это делают все обычные пятилетние дети, а выдаёт чётко сформулированные вопросы и всегда задаёт правильные вопросы.

Алишер расслабил тугой узел на шее и взглядом дал понять Урсуле, чтобы она удалилась.

Женщина даже поесть не успела. Урсула поклонилась Господам и вышла из столовой.

Мариям сидела нахохлившись и смотрела куда угодно, но только не на отца.

— Мари?

Девочка резко отвернула голову.

— Ты даже не поинтересовалась, что стало с теми стульями, которые ты же и оживила, — спокойным голосом сказал Алишер.