Я очень старалась себя контролировать, но глаза то и дело лихорадочно косились на то место, где я лежала на животе, когда Роман Давидович… входил в меня сзади."

"Эта картина как прибитая стояла перед глазами. И еще мои развратные стоны – они будто эхом раздавались в кабинете прямо сейчас! Пытка какая-то. Лишь единожды я решилась и украдкой посмотрела на Романа Давидовича. Он был абсолютно невозмутим. Собран, спокоен, хладнокровен. И казалось, я совершенно его не интересую… Совершенно, будто невидимая тень или мы с ним абсолютные незнакомцы!

– Все! – вдруг довольно объявила Ольга Валерьевна, и я чуть в голос не вздохнула с облегчением. Так была напряжена, что мышцы в теле начало сводить до жжения. – Благодарю, Роман Давидович!

Она поднялась из-за стола и перехватила у меня папку, куда сама вложила последний документ.

– Завтра совет директоров. Подготовьте прогноз по динамики внедрения с расчетом в три-четыре месяца, – велел Радов.

– Поняла, сделаю! Что-то еще?

– Нет. Вы можете идти, – позволил он.

Ольга Валерьевна кивнула и задвинула стул. Я тем временем тихонько направилась к двери, как вдруг услышала:

– Ваша помощница пусть задержится!

Мгновенно застыла, будто получила удар в спину. Растерянно обернувшись, я столкнулась прямо с взглядом Радова, который в прах уничтожил надежды о том, что мне послышалось. Начальница, кажется, тоже на секунду оторопела. Но следом спокойно приблизилась и забрала у меня папки.

– Давай, я сама занесу!

Я проводила ее беспомощным взглядом до самой двери. Затем неловко сцепив руки спереди, уставилась на Радова как загнанная в угол лань.

Звон поднялся в ушах от резко прилива крови. Он всего лишь поднялся из-за стола, а я тут же вся подобралась, будто от испуга. Мужчина заметил это. И в синих глазах скользнул явный холод, прежде чем генеральный зашагал к своему рабочему столу.

– Как ваше самочувствие, Надежда Сергеевна? – поинтересовался он сухим деловым тоном, заняв свое кресло.

– Х-хорошо… – выдохнула несмело. – Спасибо…

Роман Давидович задержал на мне хмурый, сканирующий взгляд и непреклонно велел:

– Подойдите.

Сердце забилось где-то в желудке. Однако прежде чем я поддалась приступу паники, он неспешно выдвинул ящик в столе, из которого достал файл с какими-то бумагами.

Мысленно встряхнув себя, я неуверенно застучала каблуками, ощущая, как тело пробивает мелкая дрожь. Совсем не получалось изображать бесстрастие, беря пример с Радова, и собраться. Да и как это возможно после всего? Тем более сейчас, когда мы остались наедине с ним...

«Ты не соображаешь, что делаешь. Хочешь, чтобы я трахнул тебя?!»

Ладони вспотели. Замерев в паре шагов от стола, я рассеянно отметила, как генеральный сдвинул файл с бумагами к краю – ближе ко мне.