Ухоженные, сильные, переходящие в квадратную ладонь с бороздками возрастных морщин…

Не поняла, как покачнулась. В секунду меня будто охватило теплое облако, а затем по позвоночнику сбежала капелька пота. Что совсем переволновалась?

Коснувшись лба подрагивающей рукой, я стерла испарину и внезапно подумала: Боже, может у меня аллергия на шампанское?!

2

– Ты что принесла?! – вдруг отчеканил начальник с яростным взглядом.

Его пухлые щеки стали аж пунцовыми. Хлопая глазами и чувствуя, как адреналин ударил в кровь, я взволнованно ответила:

– Эта папка лежала на вашем столе…

– Не может быть. Тебе стоило смотреть внимательнее и хотя бы догадаться проверить год! – Он небрежно сунул мне проклятые документы. Обернулся к генеральному и елейным тоном воскликнул: – Роман Давидович, простите, что отнял ваше время! Секретарь допустила ошибку, поэтому, если вы позволите, я к вам позже подойду?

Радов ничего не ответил. Вместо этого задержал на мне холодный взгляд, от которого тело, буквально током прошибло. И этот ток вышел через кожу, делая ее очень чувствительной.

– Мне очень жаль… – произнесла я на одном дыхании то ли ему, то ли своему начальнику.

Прикрыла глаза, сглотнула. Колени подгибались – что-то совсем дурно становилось вкупе со шквалом переживаний. Я уволена… Сто процентов! Генеральный держал в своей компании только лучших, не проявляя никакого снисхождения и не прощая ошибок. А я в самый важный момент допустила их целую кучу!

– Чего ты стоишь? Иди, принеси то, что нужно, – прорычал Виктор Иванович.

Заторможено переключив на него внимание, я словно не сразу поняла, что он сказал. Но все-таки кивнула.

Впиваясь взглядом в мое лицо, начальник прищурился. Похоже, заметил, что со мной творится что-то неладное. Неловко сделав два шага назад, я повернула голову и вдруг увидела своих коллег. Они собрались компанией недалеко – возле стойки с экземпляром, привезенным из Кореи. Светлана, Игорь – молодой айтишник, и Елена Николаевна – старший секретарь.

Они стояли прямо как три гиены, определенно точно наблюдая за мной. Хотя Светлана почти сразу отвернулась, делая вид, что я никак ей не интересна. Игорь последовал примеру коллеги, при этом растянув губы в ехидной улыбочке, я точно заметила! Единственная, кто продолжал на меня открыто и напряженно смотреть, это Елена Николаевна – скупая на эмоции темноволосая женщина тридцати пяти лет, которая работала в компании чуть ли не с самого основания, поэтому имела определенное влияние. К слову со мной, с некоторых пор, она даже здороваться перестала.

И тут меня осенило…

Папка выпала из рук.