Мне удалось за несколько секунд оторваться от преследователей метров на тридцать и настало время пускать в ход трофейный метатель. Первый выстрел оказался не точным, и файербол зацепив камень, ударил в землю, лишь окатив преследователей раскаленным песком. Вторая попытка получилась на много удачнее, огненный шар врезался в строй охраны окружившей центуриона.

– Побегайте ребята, бег полезен для здоровья, – зло подумал я, глядя на разбегающиеся факелы.

В этот момент выстрелил Арчер, файербол крепостного метателя снес весь левый фланг имперцев и пляж покрылся горящими кусками человеческих тел. Уши заложило от грохота, меня сбило на землю взрывной волной и окатило жаром."

"– Снайпер косорукий! – выругался я, уползая на карачках за ближайший камень.

На мое счастье Арчер больше не стрелял, и я отделался только прожженными штанами и мелкими ожогами. Из замешательства меня вывели новые хлопки выстрелов, на этот раз огонь открыл Курт. Я высунулся из-за камня и увидел, как взрывы файерболов разносят на куски тела солдат пытавшихся построиться для отражения предполагаемой атаки. Курт стрелял не спеша, выцеливая только группы, в которых не меньше десятка бойцов. В мою сторону бежала толпа хорошо прожаренных имперцев, пытающихся спастись от смерти.

– Это куда вы козлы собрались? – заорал я по-русски. – Назад в стойло!

Шары файерболов вырывались из ствола моего метателя и огненным смерчем сметали все на своем пути, но толпу уже ничто не могло остановить. На очередное нажатие на спуск метатель ответил сухим щелчком, сигнализирующим об окончании боезапаса и я, отбросив его как бесполезный мусор, снова взялся за меч. Толпа захлестнула меня как водоворот, кругом звериный вой, звон оружия, фонтаны крови из отрубленных конечностей и распоротых тел. Я превратился в зверя, тело не реагировало на приказы мозга, оно управлялось только древними инстинктами, решая лишь две задачи убивать и выжить. Голос пропал от непрерывного крика, из груди вырывался только булькающий хрип. Я рубил мечом, парировал удары, падал на землю и снова вскакивал. Сражалось все мое тело, я бил головой, локтями, коленями, получал удары и снова рубил, рубил и рубил. Неожиданно противники закончились, и только вой за спиной говорил о том что, кому-то удалось прорваться.

Мимо меня пробегали бойцы моего отряда и шарахались, как будто увидели дьявола. Я стоял посреди кучи изрубленных тел, многие из которых еще не расстались с жизнью и корчились в предсмертной агонии. Меня трясло, как припадочного, колени подогнулись, и я сел прямо на какой-то труп не в силах держаться на ногах. Труп подомной зашевелился и захрипел, правая рука сама воткнула меч умирающему имперцу между лопаток, и его тело, выгнувшись, затихло.