Мне не нравилось, есть сырое мясо, но не всегда была возможность приготовить еду на костре, а воин всегда должен быть сытым, от этого зависела жизнь."

"Доев печень, я снова осмотрел рану на ноге и с удовлетворением отметил, что она затянулась. На месте раны остался только белый рубец, который слабо чесался. Я встал с камня и прокрутил саблей вокруг себя веерную защиту. Тело слушалось идеально, будто не было почти безостановочной недельной погони за амулетом. Не зря так высоко ценится печень зорга, на обычной пище такого результата можно было ожидать только дня через три.

Мне удалось отбить у похитителей 'Амулет согласия' несмотря на потерю дельтаплана и игру в прятки со смертью, но радоваться было еще ох как рано. Где-то неподалеку бродили шестеро головорезов мечтающих отомстить за смерть эльфийского князя, поэтому мне пришлось, погрузился в транс и ощупывать мир вокруг себя внутренним взглядом, погоня пока не ощущалась.

– Береженого Бог бережет, пора двигаться, – тихо приказал я сам себе.

Подойдя к валуну, я подобрал из лужи подмокший сверток. Энергетический удар отбросил меня от свертка, даже искры полетели из глаз.

– Проклятый амулет, даже через мифрил и кожу пробивает, – выругался я про себя.

Пришлось взять кусок кожи, который раньше использовался мной в качестве повязки на ноге, затем сделав на нем петлю, осторожно накинуть на сверток. Я, затянув петлю, взял за получившуюся ручку сверток в левую руку и побежал вверх по ручью, на бегу внимательно всматриваясь в тропинку, вьющуюся впереди между скал.

Долина постепенно сужалась, превращаясь в совсем узкое ущелье: если раскинуть руки в стороны, то можно было одновременно коснуться противоположных стен.

Я остановился и, закрыв глаза, в очередной раз просканировал окружающий пространство. Ничего подозрительного пока заметно не было, хотя в горах сложно обнаружить засаду. Аура океана билась о скалы всего в часе бега, сразу за ущельем.

Я вбежал в ущелье, решив как можно быстрее миновать опасный участок пути. Манера моего бега изменилась, движения стали не простым ритмичным бегом обычного человека, а бегом воина, которому обучаются годами или как я всего за неделю, спасая свою шкуру от эльфийской стрелы. Только на первый взгляд мое движение казалось ровным и прямолинейным.

Я бежал почти незаметным рваным зигзагом, непрерывно уходя с возможной прицельной линии лучника, выцеливающего меня из возможной в таком месте засады. До выхода из ущелья оставалось полсотни шагов, когда стрела, пролетев над моим плечом, выбила искры из камня, ударившись о скалу. И тут же сверху на тропу передо мной спрыгнул огромный воин.

– Тебе конец, Ингар, – взревел он, занося над головой двуручную секиру. Снова время толчком замедлило свой бег.