Какими бы нравственными скрепами человек не был наделен, но в условиях, скажем, выживания будет думать о том, где бы раздобыть воды и хоть какой-то еды и одежды, и вся его деятельность будет сосредоточена вокруг решения этих вопросов, определяя его сознание. А когда ты обладаешь неограниченным ресурсом и возможностями, ты мыслишь масштабами мировой экономики, учитывая в каждом своем решении тысячи, десятки тысяч факторов. Человеческая личность меняется, человек становится другим, у него совершенно иная жизнь, реальность, даже состав крови меняется кардинально.

Понять это может только тот, кто находится на этом же уровне.

Он снова замолчал. Дина не торопила, очень тонко чувствуя его настрой и состояние.

– Ты постоянно учишься и все время узнаешь что-то новое, овладеваешь новыми навыками и знаниями. Тот поток информации, который поступал ко мне и требовал осмысления, был колоссальным. И вот, по специальной методике, разработанной конкретно для меня одним гением, я занимался расширением возможностей сознания и памяти. Ты словно находишься в центре некоего компьютера, а вокруг тебя экраны с разной информацией; когда тебе требуется решить какой-то конкретный вопрос или рассортировать поступающую инфу, ты как бы активируешь один из этих экранов и вспоминаешь-соединяешь подробности всего, что связанно с этим вопросом.

И так, в режиме non stop, двадцать четыре на семь ты постоянно внутри этой информации. Если бы тот объем знаний и инфы, которую я имел на определенном уровне, вложить в меня двадцатипятилетнего, я бы наверняка помер, не выдержала бы нервная система, мозг бы перегрузился. Ну, или стал овощем. Все тот же великий мыслитель Маркс сказал, что нет такого преступления, на которое не пошел бы капитал ради прибыли в триста процентов, даже под страхом виселицы. И он прав. Только старик Маркс не понял до конца механизма. Это, говоря современным языком, круто вштыривает. Это непередаваемый кайф, упоение самим процессом: придумать и реализовать блестящую многоходовку с учетом сотен и сотен составляющих, «сделать» кого-то, переиграть, победить. Это зависимость. Я никогда не играл в казино и азартные игры, четко зная, что это всегда поиск неудачника в пользу владельцев. Я был азартен по-другому, увлекаясь интригой большого дела.

Гарандин замолчал, видимо, тяжело ему давались откровения такого рода.

– В сфере большой политики и бизнеса роли давно уже распределены, и менять что-то в этом механизме, встраиваться с систему, делая это рисково и дерзко и при этом чувствуя грань – вот в чем азарт и некий кайф. Вот в чем страсти, куда там Шекспиру.