Я всегда считал, что мне она не требуется, но Ромка стал настаивать, а мой начальник безопасности его поддержал.

Детективы, что рыли компромат на мою бывшую и ее отца, заметили пару раз Ирину в обществе моего заместителя Сергея. Зачем ей понадобился Лобанов, несложно догадаться, но я надеялся, что он не откусит руку, которая его кормит.

Герцен, отлично понимая, что суд они, скорее всего, проиграют, позвонил моему отцу и рассказал о Саше. В выражениях бывший тесть не стеснялся, обвинил меня в педофилии, растлении малолетних. Его бедная дочь, оказывается, побоялась родить ребенка такому извращенцу.

Мне позвонила мама и сказала, что у отца случился сердечный приступ. А через паузу объяснила причину. Очернить меня в глазах родителей – предел подлости!

Родители себе места не находили. Мама держалась, как могла, но и в ее голосе я слышал осуждение: связался с подростком, школьницей? Пришлось срочно лететь в Испанию.

Кто проболтался о Саше, я даже не сомневался – Сергей.

Страх за Сашу сковывал все мысли и движения. Позвонил в Питер и попросил усилить охрану, с Ирины и Лобанова не спускать глаз в Москве, докладывать обо всех их передвижениях.

Дела в компании стали налаживаться, я мог позволить себе уехать на пару дней. Алмаза оставил за себя. Такое решение Лобанова удивило, но он не подал виду.

«Приеду, разберусь с гнидой!»

От родителей ничего не скрывал, рассказал, как состоялось наше знакомство, как почти сразу этой девочке удалось меня покорить, как позже понял, насколько она мне дорога. Показал ее фотографии, что хранил у себя в телефоне.

Наверное, я впервые был так откровенен. После того, как я поведал историю жизни Котенка, мама решила вернуться в Москву и взять недолюбленную родителями девочку под свою опеку. И то, что у нее скоро появится муж, маму остановить не могло.

Отцу рассказал о предательстве его ученика, который шпионит в пользу Герценых.

- Гони его в шею из компании! – зло крикнул отец, стукнув кулаком по подлокотнику кресла.

Мама, испугавшись очередного приступа, выставила меня за дверь.

***

В понедельник утром вызвал к себе в кабинет Лобанова.

- Заходи, - старался говорить спокойно, но голос срывался от сдерживаемой злости. – Что она тебе пообещала?

- Вы о чем, Максим Юрьевич? – занервничал он.

Кулаки чесались размазать его по стене.

- Дала себя трахнуть, Иуда? Ты из-за обычной дырки предал человека, который тебе дал дорогу в жизнь?!

- Вы о чем?.. – стал заикаться он.

- Заткнись! Ты думаешь, я не знаю о тебе и моей бывшей жене? – Лобанов побледнел, утер пот со лба.