– И что ты предлагаешь? Ты же понимаешь, я такого не потерплю?

- Я предлагаю выстроить наши отношения так, чтобы всем было хорошо. Мы можем жить, как многие другие семьи…такого рода.

- Что прости? – щурюсь я, чувствую, как горлу подкатывает тошнота. – Ты мне предлагаешь быть «байбише»? Я должна подписаться на роль твоей старшей жены? Ты о девочках подумал? У них подростковый возраст, они очень уязвимы и, если они узнают о твоей измене, то их реакция может быть непредсказуемой. Ты готов к их ненависти?

Чувствую себя героиней мыльной оперы. В 90-е мы смотрели их с другой моей бабушкой. Та была попроще: жарила-парила, шила-вязала и обожала латиноамериканские сериалы. Помню, был один такой – «Богатые тоже плачут». Я сейчас будто в нем. Мы богаты и влиятельны, можем себе позволить все, что угодно. Но вот я сижу перед своим мужем и не верю, что он предлагает мне согласиться на младшую жену.

- Мы найдем, что им сказать, как объяснить. Я лишь хочу все выстроить, как цивилизованные люди. Сейчас многие наши друзья и люди нашего круга так живут. Аскар с Камилой, Ренат с Розой, да я могу перечислять и перечислять. Этим сейчас никого не удивишь. Мы не первые и не последние.

Во мне вскипает ядовитая ярость. Я еле держусь, чтобы не закричать.

- А знаешь, что? – зло усмехаюсь, встаю с кресла и приближаюсь к нему, не отводя взгляд. – Давай попробуем жить, как Аскар и Камилла. У него 25-летняя токалка, а у нее молодой любовник, который ее полностью удовлетворяет. Секрет Полишинеля: все всё знают, но молчат. Семейная идиллия. Мы же тоже так можем, милый? Могу даже кандидатуру любовника у тебя утвердить, – смахиваю невидимые пылинки с итальянского пиджака и замечаю, как дергается его кадык и играют желваки на скулах. Взбешен.

- Ты с ума сошла? – Рустам хватает меня за запястье и больно сжимает. – Чтоб я такого больше не слышал. Ты – моя жена. Никакого мужика рядом с тобой не будет, - цедит сквозь зубы.

- А что так? – смеюсь я. – Я не хочу одна носить рога. Тебе они тоже пойдут, - говорю это в миллиметре от его губ, а он срывается и целует меня жадно, страстно, неистово. Как раньше, когда мы были счастливы. Я отвечаю на его поцелуй, потому что мой разум отключается. Это сумасшествие. И я не знаю, к чему оно нас приведет.

Глава 3

Яркий солнечный свет слепил и нервировал. Пришлось зашторить окна, чтобы ото всех спрятаться и подумать. Но последнее совершенно не получалось, потому что тараканы в моей голове устроили бешенные скачки. Мои губы горели от его поцелуя, а сердце кровоточило, будто в него запустили миллион ядовитых стрел. Я сама отстранилась от него и ударила по лицу. Это ему не понравилось, ведь женщина ни при каких обстоятельствах не должна поднимать руку на мужа. Но он только яростно процедил:

- Мне надо уехать. Я приеду к началу праздника.