- Ты родная, любимая, самая прекрасная для меня женщина на свете, та, с которой хочется проводить дни и ночи, делиться сокровенным, строить планы, воспитывать наших детей.

- Насчёт детей... - видя с какой теплотой Эйден заговорил о них, горло сдавил спазм, а на глаза навернулись слёзы. Было больно вспоминать о вердикте врачей, тем более произносить вслух, но скрывать подобное я не имела права, не желая обманывать ожидания любимого мужчины. О возможных последствиях этого признания не трудно догадаться, и я боялась, что сказанное оттолкнёт Бреннара, но промолчав, сделала бы только хуже, - после аварии я не могу иметь детей.

- Глупости, - улыбнулся тот, коснувшись кончиками пальцев моей скулы, - ты целительница, в твоей крови циркулирует сила способная творить чудеса. Твоё тело само излечивает все недуги. И после того, как мы скрепим наши судьбы священным союзом, я тебе это докажу.

Сказанное Бреннаром казалось настолько невероятным, что полностью поглотило мои мысли, вытеснив всё, что было связано с Лайной.

Я могу иметь детей? У Дариши появится братик или сестрёнка?

Не хотелось тешить себя пустыми надеждами, но уверенность Эйдена была настолько заразительной, что я с радостью сдалась под её натиском.

- Ловлю на слове, - коснувшись чётко очерченных мужских губ лёгким поцелуем, прошептала я, ощущая себя самой счастливой женщиной на свете.

Мы ещё долго сидели под светом мерцающих звёзд, слушая соловьиные трели и строя планы на будущее, наслаждаясь обществом друг друга, улыбками, прикосновениями... И это казалось настолько правильным, что не вызывало ни капли сомнения - теперь именно так и должно быть, каждый день, каждую ночь, всегда вместе, всегда рядом, поддерживая, даря любовь и душевную теплоту, невзгодам вопреки.

Глава 17

Поспать этой ночью удалось лишь самую малость, а утро нас встретило новыми делами и заботами. Дариша вела себя просто замечательно, но ровно до того момента, пока Ден не развернул в гостиной, прямо в воздухе, магическую карту местности. Мы обсуждали где лучше открыть портал, прислушиваясь к мнению юного гостя, когда наша кроха начала сначала хмуриться, а потом, её губки задрожали, а из глаз хлынули слёзы.

Перепугалась я знатно, мгновенно перейдя на внутреннее зрение и тщательно, сантиметр за сантиметром, обследовав её ауру, в оттенках которой не было ни тени, говорящей о том, что где-то или что-то у неё болит. Хранительница лишь пожимала плечами, давая понять, что причина ей неизвестна, и в этом деле она мне не помощница. Да я, в принципе, и не просила, надеясь на свои способности. Вот только от детского крика душу буквально разрывало на части.