- Да, уверена, - уткнувшись лбом ему в грудь и вдохнув приятный мужской аромат, ставший таким родным, пробормотала я, - другого выхода всё равно нет.

- Так-то оно так, но. я боюсь за тебя.

- В любом случае мы обязаны попробовать, - отстранившись, произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал от переполнявшего меня волнения, - те люди, в селении Никаса, они долго не протянут, если всё это не прекратить. Вот только готов ли ты снова расстаться с родителями, едва их обретя?

- Ни с кем не придётся расставаться, - раздался за спиной голос леди Аннеты, - вернувшись домой я доведу портальный переход до ума и мы сможем навещать друг друга так часто, как того захотим.

- Замечательная идея, - обрадовалась я, чувствуя, как Ден с облегчением выдохнул.

Всё-таки, что бы он ни говорил, но родители есть родители и так просто с ними расстаться, зная, что не увидит их больше никогда, сможет не каждый. А вариант, предложенный его мамой, устраивал всех, что только придало мне уверенности в собственных силах. Я справлюсь! Обязательно справлюсь! Ради нас, ради Никаса и его бабушки, ради жителей селения, ради родителей и всех тех, кто так или иначе вовлечён в это дело.

Вспоминая всё, чему меня учила хранительница - как нужно прислушиваться к себе, к своим ощущениям, я сосредоточилась на чёрной пирамидке, с которой был убран стеклянный колпак, и протянув руку, прикоснулась к ней, под дружный тревожный вздох находящихся рядом людей. Оно и понятно, кто в здравом уме сунет свою конечность в концентрированную магию? Так что сложившееся обо мне мнение предугадать было не сложно.

Но ладонь прошла сквозь искрящееся магическое поле, даже не почувствовав препятствия.

Кожу слегка покалывало, но не более того, а когда я прикоснулась к чёрной гладкой поверхности артефакта, неприятное ощущение и вовсе прошло.

Закрыв глаза, перейдя на магическое зрение, я словно растворилась в ощущениях, забыв обо всём на свете, видя лишь структурные плетения пирамидки. Моя магия, словно игривый котёнок, ластилась к неприступным граням, касалась отполированной поверхности, будто просясь, чтобы её впустили, приняли, и под очередной удивлённый тройной вздох, который затронул только границу сознания, артефакт начал поддаваться, принимая предложенную мною помощь, укрепляя внутренние потоки, усиливая проводящую способность.

Я видела тот максимум, который мог принять артефакт, и дойдя до него, отступила подальше, таким образом передавая «эстафетную палочку» леди Аннете. Та без слов поняла, что дело теперь за ней и в воздух взвились магические плетения, активируя артефакт, который стал наливаться слепящим светом, создавая вокруг себя мерцающее белесое марево, завертевшееся будто в водовороте.