– Тебе действительно нравится с ними работать?

– На прошлом месте работы нравилось больше, но и со стариками тоже неплохо. И там, и там нужно контактировать с людьми. Отличие лишь в том, что в клинике у Ибрагимова люди лежат на операционных столах и я нахожусь в непосредственной близости с ними в момент операции, а в пансионате принимаю участие в оказании услуг и медицинской помощи.

– Ты разве не учишься? – Везунчик приподнимает бровь.

– Заочно. Сейчас получаю второе высшее. Фирма отца производит медицинские приборы, я её представитель. Когда начала устраивать бунты против брака с Иманом, отец отправил меня в пансионат к старикам.

– Бизнес свой. И общий проект с друзьями.

– Эта командировка по общему проекту?

– Всё вместе. У нас много ответвлений и филиалов. Иногда приходится выезжать и курировать их работу.

Выглядываю в окно иллюминатора.

– Мы правда приземляемся? – удивляюсь я.

– Да.

– А ты что делал, пока я спала?

– То же, что и обычно. Работал. Перекусил и снова работал. Думал, что сильно будешь отвлекать, но даже не заметил, как ты вырубилась. Я много успел сделать за эти часы, так что вечером смогу провести с тобой больше времени, чем планировал.

– Я подумаю. А завтра?

– Проведу весь день в офисе на переговорах. Тебе придется самой заняться своим досугом, а потом... Я же обещал, что ноги свести неделю не сможешь после поездки. Забыла?

– Нет, не забыла. Тогда я могу навестить завтра тетю, пока ты будешь занят?

– Если ты этого хочешь, почему нет? – пожимает Эрик плечами.

– Здорово! Она очень обрадуется. – Я ощущаю трепет и восторг от предстоящей встречи. И впрямь соскучилась по Альбине.

– Давно не виделись?

– Года два. Созваниваемся время от времени по видеосвязи.

– Родственница по матери? – уточняет Эрик.

– Да. У отца никого не осталось, кроме брата. Но я бы не сказала, что между ними теплые отношения. Скорее наоборот.

– После того, что узнал, я бы сказал, что и у вас с отцом они тоже далеки от подобного.

– А у тебя?

– Без конфликтов в семье не обходится, но всё решаем дипломатично. Никто никого не продает в рабство в случае проблем.

– Родные одобряют твое увлечение экстримом?

– До недавнего времени ровно относились.

– После того падения пересмотрели свое отношение?

– Нет. Не забивай голову ерундой.

Вспоминаю фрагмент из видео, как Эрик срывается со скалы, а потом лежит без движения внизу, и по телу бегут мурашки. Разве это ерунда? Наблюдаю за лицом везунчика, его глаза заинтересованно вспыхивают. Он кладет руку мне на колено, слегка сжимает его, а потом ведет ладонь вверх.

– Я обычно не перестраховываюсь, но сейчас не могу не задать этого вопроса. Ты слишком молода, импульсивна, местами жутко наивна.