Гриф не заметил, как его личный водитель захлопнул дверь автомобиля перед его носом. Мужчина смотрел на обручальное кольцо, словно силился вспомнить, почему оно все еще на месте. Или словно видел впервые.

– Поскольку мой рабочий день уже закончился, то вы, Кирилл Александрович, добирайтесь самостоятельно! – процедила Генриетта, садясь за руль своего монстра. – Кстати! В ваших же интересах заказать на фирме другого водителя. Боюсь, не сдержусь и передавлю своей тачкой такого придурка, как ты!

Генриетта сорвалась с места, оставив Грифа на парковке.

Кирилл Александрович вздохнул.

Он не собирался ловить такси или пользоваться общественным транспортом. Ему нужно было время на раздумья.

С тех пор, как Гриф овдовел, прошло много лет. Он уже свыкся с мыслью, что жены у него нет. Что есть дочь Тоня, есть работа и дом. Есть мечты, к которым он стремился. И был счастлив.

Жена была для него приятным воспоминанием о молодости, о безрассудной юности и первой любви. Лика была нежной, заботливой, мягкой. Кир испытывал к ней глубокую симпатию. Но в его душе так и не родились те чувства, что способны свести с ума. Те, от которых сносит крышу, а все на свете забывается.

В этом он завидовал другу. Шторм не скрывал, насколько безнадежно и по сумасшедшему он влюблен в Тоню. Пусть Киру было сложно принимать отношения дочери и давнего друга, но он старался. Ведь Денис, даже со всеми опасными связями, криминальным бизнесом, разницей в возрасте, был настоящим мужиком, способным удержать пылкую и эмоциональную Капитолину. Кир был уверен, что друг справится с ее характером. Более того, мужчина знал, что со Штормом его дочь будет счастлива.

Кирилл Гриф брел по улицам родного города.

Он не торопился домой. Не торопился в клуб, чтобы снять очередную красотку на ночь.

Отказ Генриетты его озадачил.

Мужчина взглянул на кольцо. Он так и не снял его. В первый год – как дань уважение умершей жене, и в память о той любви, что была между ними. Пусть всего лишь и со стороны Лики.

А после, когда жизнь вошла в привычное русло, когда Кир научился ладить с дочкой, кольцо осталось на пальце. Ведь нужно было ходить на родительские собрания. И, по мнению Кира, кольцо придавало ему солидности. Да и в бизнесе партнеры испытывали больше уверенности.

Одним словом, Кир привык к простому украшению на безымянном пальце.

Ноги завели Грифа к набережной. Прогуливаясь по брусчатке, мужчина смотрел на спокойную гладь реки. Его мысли возвращались к странной девушке.

И Кирилл чувствовал себя кретином. Самым настоящим идиотом. Ему отчего-то захотелось найти ее, рассказать о себе и….

Кир с трудом снял кольцо с руки. И убрал в карман. Нет, он не сбирался выбрасывать золотой ободок, тем самым перечеркивая прошлое.

Нет. В прошлом было много хорошего.