Пусть даже стопами. Мне казалось это до безумия милым, запретным, сладким. Возможно, легкий алкоголь все же делал свое дело, дурманил мозг, пьянил и притуплял страх.

А еще спасала красивая скатерть, которой я украсила стол. Потому что столешница была стеклянной. И я с трудом сдерживала предательский смех, когда представляла, что было бы, если бы отец увидел мои ноги на ступнях своего друга.

И все же я не удержалась, и хихикнула. Отец хмыкнул.

– Этому столику больше не наливать! – решительно заявил он и встал со своего места, чтобы пройти к бару и принести для меня что-то без алкоголя.

Я съехала по стулу. Денис сверлил мое лицо предостерегающим взглядом, но не шелохнулся. Зато я провела ступней по его колену, а потом и вовсе дотянулась до того самого места, которое вызывала максимальный интерес.

Я играла с огнем. Буквально ходила по грани. И рисковала. Ведь отец мог повернуться в любой момент и заметить, что мои ноги «исчезли» с пола.

Штормов хмурился все больше. Почувствовала, как он опустил руку и накрыл ею мою разбушевавшуюся конечность. И сжал, крепко, заставляя меня ощутить его возбуждение.

Мои щеки вспыхнули огнем. В глазах Дэна появились искорки озорства. И он сжал колени, захватывая мою ногу в плен.

Я так и читала в его взгляде вопрос: «Попалась?!».

– Дочь, а что у нас на десерт? – крикнул папа, отрезвляя меня своим голосом.

– Ой, да, точно! – спохватилась я, подскакивая со стула.

Денис прекрасно видел, как я спотыкалась на каждом шагу. И я чувствовала на себе его лукавый взгляд.

Господи, что я творю? Что мы творим?!"

"– Так что за девчонка у тебя, Дэн? – расслышала я вопрос отца. – Футболку она тебе подарила?

– Она, – кивнул Денис, едва заметно улыбнувшись.

Я, чтобы не привлекать внимание отца к своему раскрасневшемуся лицу, намеренно задержалась в кухонной зоне. Тщательно расставляла кексы по тарелкам. Резала сладкий пирог. Снимала чашки с полок. Словом, делала все, только бы максимально дольше оставаться вне поля зрения отца.

– «Она» и все? Подробностей не будет? – не унимался папа.

– Разведенка? Или малолетка? Судя по надписи, друг, у нее планы на тебя. Мозг тебе не выносит? – отец сыпал вопросами, а Штормов на секунду замолчал.

– Она замечательная. Другой такой нет, – произнес Денис, а я все же не удержалась и выронила чашку из рук.

Хорошо, что та не разбилась, но привлекла ненужное в это мгновение внимание отца.

Боже! Я – замечательная? Быть такого не может!

– Дочь? Ты там в порядке? – крикнул папа, собираясь встать и помочь мне.

– Я помогу, – опередил отца Денис и легко поднялся из-за стола.

Я смотрела, как приближается Денис. Своей фигурой он закрыл отца. И я не переживала, что папа рассмотрит удивленное выражение моего лица. А оно было очень даже удивленным.