Дикое, животное помешательство – не иначе!

Я смутно осознала, что Шторм прижал меня к стене, одним движением заставляя мои ноги обвиться вокруг его бедер.

Это было слишком откровенно. Но мое смущение и стыд исчезли из головы вместе с тем тюбиком мази, что я втирала в крепкую грудь Штормова.

Этот поцелуй был иным, более откровенным, жадным, невероятным, словно некая непреодолимая и неизбежная сила вырвалась из-под власти Дениса и грозила проглотить нас двоих.

Дэн вжался всем телом в мои бедра. Платье «подскочило» до самой талии, выставляя напоказ мое белье. Но я была слишком занята, чтобы его поправить.

Я нетерпеливо впивалась пальцами в мужской затылок и плечи, словно боялась упасть, провалиться в пропасть. А из самых глубин моего тела поднимался ураган, заставляющий сжиматься и трепетать все без исключения клетки моего тела от каждого жадного движения умелых рук и влажного, требовательного рта.

– Боже! – выдохнула я, когда мужские бедра дернулись навстречу моим, и сквозь тонкую ткань белья я ощутила внушительную твердость.

Простое касание заставило мое тело устремиться навстречу мужчине. Необузданный жар затопил меня, когда возбужденная плоть, затянутая плотной тканью брюк, тесно прижалась к моему белью.

Нестерпимо запретно, необычно и сладко.

– Я мудак, знаю! – пробормотал Дэн в мои губы, приоткрытые и жаждущие получить новую порцию поцелуев.

– Ты жутко соблазнительный мудак, Шторм! – мой мозг все еще не включился, ведь иначе я ни за что не сделала бы подобного заявления.

Всего микросекунда отделяла меня от очередных сладостных моментов откровенной пляски мужского языка на моих губах. Всего один выдох, и я уже знала, что поцелуй Шторма снесет точку моей опоры ко всем чертям.

Но в дверях провернулся ключ, оглушив меня, словно кто-то выстрелил в сантиметре от моей головы.

Ключ был лишь у отца. И я прекрасно понимала, что Кирилл Гриф не станет слушать мои нелепые сказки, поясняющие то, почему я нахожусь здесь, в руках его друга, а не праздную день рождения подруги на другом конце города."

"Штормов действовал оперативно. А я даже не пикнула, когда крепкие руки внесли меня в спальню и оставили на кровати.

Дверь комнаты закрылась прежде, чем я успела выдохнуть.

Я притихла, слушая звуки, долетавшие до меня из соседней комнаты.

Потасовки нет. Значит, отец ни о чем не догадался. Это плюс.

Я в комнате Шторма, после того, как мы страстно целовались. Это плюс.

Я целовалась с другом отца. Это минус.

– Только ты, Капитолина Гриф, могла попасть в такую ситуацию! – прошептала я, падая спиной на постель хозяина квартиры и прикрывая руками лицо.

Хотелось смеяться, громко и во все горло. И плакать.

* * *Глава 9

«Подонок! Урод! Сволочь! Скотина!» – перечислял я, пока Кир рылся в моем холодильнике.