Также приостанавливается действие Соглашения о развитии экономического и научно-технического сотрудничества от 1977 года и другие договорённости с Турцией…

Мой гость вышел из ванной комнаты и направился к двери.

— Думаю, что можно выключить… — предложил я, встал и подошёл к телевизору.

— Не стоит. И так поговорим, — откусил яблоко представитель Комитета и закрыл дверь.

Он снова вернулся и сел напротив меня.

— Вы весьма проницательный человек, Александр. Догадываетесь, почему я здесь? — спросил мой гость.

— Ну явно не яблочко скушать и телевизор со мной посмотреть.

— Верно.

«Чёрные орлы» это прокси компании Блэк Рок, с которой вы уже пересекались. Су-24 был сбит истребителем Ф-16. Это подтвердил наш лётчик, который вступил с ним в бой.

Ф-16 в эти годы Турция только заказала. Основную часть парка составляют Ф-4.

— Как я понимаю, неуспешно? — спросил я.

— Думаю, уровень подготовки пилотов Блэк Рок вам известен не понаслышке. Лётчик, сбивший наш самолёт ушёл от ракеты. Он выпонил переворот и ушёл вниз. Занял предельно малую высоту и скрылся. Всё очень быстро и профессионально.

Тут и дураку понятно что в Блэк Рок лохов не держат.

Однако мы всё так же далеки с этим товарищем от сути нашего разговора.

— Давайте к делу.

Мой гость заглянул в свой портфель и достал оттуда папку. На переплёте был номер 880. Такое ощущение, что я где-то подобную папку встречал уже.

— А дело вот в чём. Поезжайте в отпуск, а потом сразу сюда. Для вас есть работа. Намекну вам, что дело очень серьёзное, — сказал представитель Комитета, что-то отметил на листе в папке и убрал её обратно.

— Настолько, что даже не намекнёте в чём оно заключается? И вообще, такие вещи нужно согласовывать с моим руководством.

Представитель КГБ мило улыбнулся в ответ на мою претензию.

— Понял. Херню спросил, — махнул я рукой.

— Поправляйтесь, отдыхайте, и я вас жду, товарищ Клюковкин, — пожал мне руку сотрудник конторы.

Тут я вспомнил, что даже имени его не знаю.

— А мне как к вам обращаться? — спросил я, когда мой гость был уже рядом с дверью.

— Можете обращаться ко мне Леонид Борисович. До встречи!

Ох и не люблю я их «до встречи»! Так и хочется сказать вслед: вы заходите к нам почаще, без вас потом так хорошо.

Только вот мне даже и сходить тут некуда.

Тосю отправили в Союз, как и обещал всем раненным Чагаев. Так что мне осталось только лежать и смотреть Первый Сирийский!"

"— Чуть не забыл, — вернулся в палату Леонид Борисович. — Известная вам особа не пожелала улетать на «санитарном» рейсе в Москву.

— Благодарю! — сказал я и быстро встал с кровати.

Спину ещё немного потягивало, а бровь ещё долго будет затягиваться. Но предвкушение от встречи с Антониной меня воодушевляло.

Выйдя из палаты, я сразу попал в водоворот больничных хождений персонала и больных.