Сдержанно поблагодарив, он попросил позволить ему ночевать у костра. Что ж, вряд ли ему привычны наши «хоромы». Пусть сидит. Глядя, как он завороженно наблюдает за плавными изгибами языков пламени, я понял: огонь они утратили во время бегства, и, похоже, было это давно.

Ему было о чём подумать. То, что мы оставили его в живых, – это полдела. Там ничего не зависело от его воли. А вот теперь… Выбор только его. Жизнь или смерть. Проявить гордость, упрямство или, кто там его знает, ещё чего и уйти… и умереть. Здесь не выживают одиночки.

Остаться? Остаться в этом непонятном месте, с непонятными людьми, уничтожившими его племя, где всё не так… и жить.

Непростой выбор. Я не хотел бы оказаться на его месте. И всё-таки я надеялся, что жажда жизни в этом юном теле сильнее непонятных для меня догм, проповедуемых тем стариком. Шоры разума – это самое страшное, что может быть с человеком. Надеюсь, парень ещё не успел закостенеть взглядом на мир. Мы дали ему шанс. Воспользоваться им или отвергнуть – это его решение.

Вообще-то ещё один специалист по зверям нам очень пригодился бы. А иначе, вы думаете, чего бы это я тут напрягался…

Мы кормили парня, стараясь постепенно вывести его из истощённого состояния.

Не давали слишком уж непривычную пищу, або и К° «пользовали» его раны, по чуть-чуть разговаривали с ним. Он скупо, но искренне за всё благодарил, от ночёвок в доме мягко отказывался, говоря, что ему и так хорошо. И, глядя на него, правда верилось – хорошо. Выглядеть, несмотря на февральские ночи у костра, он стал заметно лучше. Ребята показали ему домик «М/Ж», растолковали правила пользования, а также кое-какие общие правила нашего племени. Кое-что показали и другое, разъяснили. Всё мягко, ненавязчиво, как проинструктировал мудрый шаман на пару с мудрой або. Парень почти не отходил от костра, но очень внимательно наблюдал за нашей внутренней жизнью. Он охотно поддерживал огонь, завороженно наблюдая, как готовится пища в удивительных котлах. Я думаю, вокруг него вообще всё было удивительно…

И вот на третий день случилось… Деньки стали наконец солнечными, потянуло весенним духом, и мы всё чаще стали столоваться под нашим уличным навесом. В это утро мы, как обычно, дружно пили чай, ну и что Бог к нему послал, когда необычно задумчивая Найдёна, долго и пристально наблюдая за неподвижно сидящим у костра парнем, деловито подхватила пару кукурузных плюшек, плошку кленового сиропа и молча направилась к нему.

Мы все слегка напряглись. Хват хотел было пойти следом, но або приложила палец к губам и покачала головой.

Подойдя к парню, Найдёна уселась в метре от него и с непосредственностью, свойственной только детям и святым, уставилась ему в глаза. Бедный малый с настороженностью воззрился на малявку, не зная, что от неё ожидать.