Поэтому, переключила своё раздражение на меня, как на главный теперь источник неприличных в её понимании светских утех. (Это она, похоже, ещё про франта не знает.)

Однако, по большому счёту, меня это мало заботило. Фрейлинский корпус не находился в юрисдикции экономки. Она, конечно, выдавала нам зарплату, но была всего лишь исполнительницей господской воли.

А ещё у меня были Надин и Лукреция — старшая повариха на кухне. В силу равного статуса и отсутствия точек пересечения интересов, которые можно было бы «делить», две женщины уже давно и плодотворно «дружили» против экономки, попутно опекая меня.

Так что ни раздетая, ни голодная я не сидела.

И даже Люся, включив остатки разума, сообразила, что со мной совершенно не полезно открыто враждовать.

Так что в бытовом смысле моя жизнь во дворце была вполне сносной.(Ещё бы дурацкие полосатые кресла из комнаты убрали — и вообще красота.) Чего никак нельзя было сказать о второй стороне медали.

— И что меня здесь ждёт, если не найти способ всё изменить? — расшивая маленького мягкого мишку, в тысячный раз задавала я себе этот ставший уже риторическим вопрос, — Из одной ловушки обстоятельства загнали меня в другую.

Я, кстати, нашла способ связи с Тео. Хотя бы иногда с королевской почтой появилась возможность (пусть и дорого) отправлять брату письмо или, как сейчас планировала, посылочку. Ради этого даже взялась за ненавистную иголку. Но я точно знала, что он ждёт вестей и будет страшно рад моему подарочку.

Закончив с вышивкой мордочки, поцеловала своего корявого медведя в нос и взялась дописывать письмо.

«… отправляю тебе нового друга, надеюсь он тебе понравится.

Пусть мишка теперь охраняет тебя так же надёжно, как охраняет меня твоя монетка. Обязательно напиши, как ты его назовёшь. Очень сильно скучаю, мой дорогой, и мечтаю тебя обнять…»

И тут я на себя, наконец, прям по-настоящему разозлилась. Смотри-ка, заладила:"

"— Что со мной будет — что со мной будет?! Да ничего нового не будет, пока ты (в смысле, я) не перестанешь «размазывать манную кашу по тарелке», не возьмёшь себя в руки, не примешь уже конкретного решения и не начнёшь думать и действовать конструктивно.

Информация, собираемая мной всё это время, но находившаяся до сих пор в состоянии «пазлов в мешочке», вдруг сложилась в общую картину.

Ну, конечно не совсем «вдруг» — безусловно я долго её колибровала, тасовала и пыталась разложить по полкам. Просто пришёл тот момент, когда решение стало очевидным.

— Всё, хватит «жевать сопли». Все твои дороги, дорогая, как ни крути, ведут к колбасе.

Принеся с собой долгожданное облегчение, меня охватила та самая, ничем пока на самом деле не обоснованная уверенность, что всё получится.