Глядя себе под ноги, я шла к аудитории, пытаясь снова научиться игнорировать все эти идиотские смешки, и не поняла, как умудрилась в кого-то врезаться.

— Извини, — бросила я на автомате, даже не поднимая взгляда.

И за секунду до того, как мне ответил отстраненный мужской голос, я ощутила запах, от которого все мои внутренности мгновенно сковало льдом.

— Ничего, — бросил мне Одинцов и, не уделив более ни секунды своего внимания, пошёл дальше по своим делам.

Будто это вовсе не он лапал меня вчера в своей квартире.

— Алёнушка! — раздался с другого конца коридора вопль.

С трудом, но я нашла в себе силы не закатить глаза, глядя на то, как ко мне спешил Колесников.

Парень лавировал между другими студентами, всё увереннее приближаясь ко мне.

— Привет, — выдохнул он, оказавшись рядом. Взгляд его темных глаз впервые не был прикован к моему лицу и не излучал натужный секс.

— Привет, — бросила я нехотя и неосознанно сделала от Колесникова шаг назад. Уж очень вероломно он ворвался в моё личное пространство.

— Слушай, Алён, тут это… — было странно видеть Колесникова, которому было неловко. — Ты прости за вчерашнее, ладно?

— А что было вчера?

— Ну, твои шмотки… Короче, я думал, что мы нормально разбежались, а она…

— Кто «она»?

Вот сейчас стало действительно очень интересно, потому что я до сих пор уверена, что фокус с моими вещами в бассейне — проделка Одинцова.

— Милка… Милана, — уточнил парень. — Это она вчера твои вещи бросила в бассейн. Я сам об этом только вчера в обед узнал, когда не нашёл тебя в универе. В общем, сорян, Алён. Мой косяк, короче, — виновато бросил Колесников и поймал мои запястья, мягко сжав их пальцами, как наручниками.

Я рефлекторно опустила взгляд и ощутила, как по спине пробежался холодок.

Отчего-то я была уверена, что после вчерашней извращенной игры Одинцова, на коже останутся синяки — настолько сильно ин сжимал мои запястья. Но сегодня я увидела лишь чистую кожу без единого намека на гематомы."

"— Ничего не могу поделать с тем, что девчонки не могут устоять перед моей сексуальностью, — добавил Колесников, пока я молчала. Это выглядело странно, но за его шутками и внешней уверенностью я сейчас видела, что ему действительно было неловко и неудобно передо мной из-за случившегося вчера.

 — Но я готов загладить свою вину. Сегодня. Часов в восемь вечера. Согласна?

— Чтобы кто-нибудь из твоих поклонниц перешёл к следующему этапу мести и плеснул мне в лицо кислоту? — хмыкнула я и высвободила запястья, скрестив руки на груди. — Думаю, плавающих в бассейне моих вещей было достаточно. И, если твоя бывшая подружка повелась на то, что у нас что-то было, то ты можешь перестать доказывать окружающим свою крутость. Она неоспорима. Можешь успокоиться.

— Без ножа режешь, Алёнушка.