Сегодня у меня в меню паста.

Друг приподнимает бровь.

— Мы тебя, может, чем обидели, так ты прямо скажи.

Жму плечами. Новость о беременности Вики пока не для их ушей, а больше мне поделиться нечем. Да и дело не в малыше, мне банально не до ребят.

— Все в порядке, Костя, спасибо за приглашение. Но сейчас мои интересы в другой плоскости, я остаюсь дома.

Качок поджимает губы.

— Я бы понял, Богдан, если бы у тебя новая наклюнулась… И вы же вроде расставались.

— Это только мое дело. Хорошего отдыха, а мне нужно взять сумки и ужин.

Киваю на машину доставки.

— Темнишь, Полонский, — раздувает щеки Костя, — ну смотри.

— Все нормально. Давайте.

М-да, похоже, раньше я и правда был слишком легким на подъем. Банальный отказ воспринимается как предательство. Оборачиваюсь на Вику, так стоит бледная и с плотно сомкнутыми губами. Вот дьявол! Машу рукой приятелям, чтобы окончательно попрощаться.

— Ты в порядке? Не укачало? — возвращаюсь к своей девушке.

Та крутит головой.

— Нет, не укачало. Богдан… Ты хотел поехать с ними? Не подумай, что я против…

— Это я далеко не «за». Вик, ты забыла недавний разговор? Я вообще-то соскучился, и мы заказали ужин.

Шагаю к машине, чтобы забрать сумки и пакеты с едой. Вика отпустила курьера и поставила их на заднее сидение. Надо поскорей уйти домой, где снова будет все нормально.

— Потому что я беременная, Богдан?



Так… Ставлю назад поклажу, подхожу к своему напичканному гормонами созданию. Да, как же проще мне было, когда Вика молчала! Зато не было шанса посмотреть на себя со стороны. Все ведь было так гладко.

— Иди сюда, — для начала прижимаю ее к себе, чтобы облегчить задачу, — Вика, друзья — это друзья. Когда-нибудь я с ними посижу, хотя подача Костика меня, признаюсь, подбесила. А сегодня я хочу быть с тобой, это логично и вообще не обсуждается.

Вика утыкается носом мне в грудь, но я успеваю заметить улыбку. Ну вроде бы проехали.

— Пойдем домой? — спрашивает девушка.

— Давно пора, — вздыхаю.

В квартире мы выкидываем из головы Костю и Олега. Вика сначала перецеловывает живность, потом начинает ахать при виде техники.

— Боже, Полонский! Новый холодильник, такой большой! Чудо, что он влез сюда.

Я приобрел модель, похожую на двустворчатый шкаф.

— Сбоку оставалось пространство, — напоминаю Вике, — дизайнер говорил, чтобы не казалось, что кухню впихивали с мылом. Теперь кажется.

Вика смеется.

— Зато можно закупаться продуктами по полной. И позже, когда у малыша будет своя еда, ставить ее отдельно.

Она вдруг осекается и внимательно на меня смотрит.

— Да, ты права, — киваю, — а по поводу внешнего вида мы никогда не загонялись.