Как из ванной выходит Яна, я не слышу, потому что слишком поглощен процессом. Кажется, она меня окликает, на что я машинально прошу дать мне еще полчаса. Пару минут меня ничего не тревожит, а потом ощущаются поглаживания на члене. Яна трогает меня через штаны. Я перехватываю ее руку и мягко отвожу в сторону — эти документы действительно для меня важны.

— Еще двадцать минут.

Но именно сейчас Яна демонстрирует наследственное упрямство: тянет резинку трико вниз, и я чувствую влажное прикосновение языка к члену. Отчего у меня, конечно, встает.

— Ян, — прикрываю крышку ноутбука и глажу ее по волосам.

Только сейчас вижу, что на ней надеты тонкая розовая майка и короткие шорты. Зрелище залипательное, но мне нужно закончить. — Ты меня отвлекаешь.

— А ты не отвлекайся, — ее дыхание обдувает головку. — Я не против, если ты продолжишь работать.

От этих слов член просто раздирает. Вот тебе и вчерашняя девственница. Заставив себя опять посмотреть в экран, по новой вчитываюсь в строки, но под давлением теплого рта, скользящего по мне, они не задерживаются в памяти даже на долю секунды.

Берет Яна неглубоко, но как-то по-особенному: посасывает головку, сдавливает губами, тихо постанывает, трется языком… Ни думать, ни работать невозможно.

Я захлопываю ноутбук и возвращаю его на тумбочку. Яна поднимает на меня глаза — в них триумф. Да, добилась своего, признаю. Отрываюсь от спинки кровати и тяну ее к себе за плечи, заставляя выпустить член изо рта.

— Не нравится? — на щеках возбужденный румянец, губы распухшие.

Я стягиваю с нее майку и, с секунду полюбовавшись на затвердевшие соски, луплю ее по заднице. Потому что заслужила.

— Нравится. Сейчас продолжишь. Разворачивайся."

"В глазах Яны мелькает непонимание, но она тем не менее неловко поворачивается ко мне спиной и вновь обхватывает член ртом. Ее задница в задрана вверх прямо перед моим лицом, и я не раздумывая дергаю шорты вниз. Яна вздрагивает, нервно ерзает, но движений не прекращает. А я думаю, что все-таки немного на ней двинулся, потому что никогда вид женского влагалища меня настолько не вставлял. Такая она, блядь, девочка. Розовая и невинная даже в настолько откровенной позе.

И пахнет охренительно. Я и не помню, когда в последний раз пробовал женщину языком, но ее я готов им затрахать.

Я обхватываю ее бедра и тяну ближе, надавливаю, заставляя расставить ноги шире. Теперь она точно надо мной, горячая и влажная. Тело Яны напрягается, и протяжный стон резонирует прямиком в член, когда я провожу между розовых складок языком. И на вкус она такая же, как и ее запах, — невинно-карамельный. Повторяю это движение снова, вдавливаясь глубже, лаская ее длиннее, до самых ягодиц.