— О чем ты говоришь?

Слезы покатились по морщинистому лицу Одэлл.

— Вернувшись домой, я пошла на исповедь. Я молилась. Я так усердно молилась. Но Бог покарал меня за мои грехи. Даже схватки… схватки были тяжелыми. Я чуть не умерла от кровотечения. Все других роды проходили хорошо. Но не Бутч…

Джойс сжала Шона так сильно, что он начал протестующе вырываться. Тогда она ослабила хватку, попыталась успокоить его, и прошептала:

— Продолжай. Мама… продолжай говорить.

— Смерть Дженни была мне наказанием за то, что я была неверна и понесла ребенка от другого мужчины.

Шон издал вопль, голова Джойс закружилась от ужасного, страшного подозрения, что это было…

О, да ладно, какого черта? Ее мать сумасшедшая. У нее непорядок с головой.

Плохо, что в данный момент она выглядела чертовски вменяемой.

Одэлл кивала головой, как будто отвечая на вопросы, которые ей кто-то задавал.

— О да, я люблю Бутча. На самом деле, я люблю его больше всех остальных своих детей, потому что он особенный. Хотя, я никогда не могла этого показать. Ваш отец и так слишком много перенес из-за того, что я совершила. Выделить Бутча в любом случае было бы оскорблением для Эдди, и я не могла… я не могла обременять мужа вот так. Не после того, как он остался со мной.

— Папа знает…?

В наступившей тишине, все стало вставать на свои места, уродливейшая головоломка начала складываться. Вот черт… так все это было на самом деле. Конечно, папа знал. Именно поэтому он так ненавидел Бутча.

Мать погрустнела.

— Бутч выглядел таким счастливым со своей женой. И, Пресвятая Богородица, она такая красивая. Они идеально подходят друг другу. Она такая же особенная, как его отец. Как сам Бутч. Они все такие особенные. Жаль, что они не смогли остаться. Он сказал… он сказал, что он пришел попрощаться.

Одэлл дернулась, Джойс потянулась и схватила мать за руку.

— Мама, куда ушел Бутч?

Мать посмотрела на руку, прикоснулся к ней. Потом немного нахмурилась.

— Я хочу крекер. Можно мне крекер?

— Мама, посмотри на меня. Куда он пошел?

Хотя, почему ей вдруг показалось это таким важным, она не знала.

Ее пустой взгляд переместился.

— С сыром. Я хочу крекер. С сыром.

— Мы говорили о Бутче… Мама, сосредоточиться.

Боже, все это было таким потрясением, но в тоже время не было шоком. Бутч всегда отличался от них, не так ли?

— Мама, где Бутч?

— Бутч? О, спасибо, что спросила. У него все замечательно… он выглядел таким счастливым. Я так рада, что он женился.

Ее мать моргнула.

— Кто вы, кстати? Вы медсестра? Я тоже когда-то была медсестрой…

В какой-то момент, Джойс готова была надавить на мать.

Но вместо этого, пока ее мать продолжала болтать, она выглянула в окно и глубокого вдохнула. Бессмысленная болтовня Одэлл вдруг показалось ей утешением. Да… все это вздор. Полная чушь.