Мне нравилось видеть в его глазах неприкрытое желание. Я постоянно вспоминала тот инцидент в ресторане. От этих воспоминаний разливалось по телу обжигающее тепло. Себе я могла признаться, что хочу испытать пережитые эмоции еще раз… И еще раз… Еще…

— Ты для кого так одеваешься?! — раздалось тихое рычание от двери. Достав первую попавшуюся вешалку с платьем, я прикрылась. Глаза Андрея горели лихорадочным огнем. На его лице застыла жесткая маска. — Таня, я тебя спросил, для кого все это?

Я думала мне показалась, а нет, Черногоров ревнует. Неужели чулки и комплект недорого белья может лишить разума здравомыслящего мужчину.

— Я не понимаю о чем ты. — пожала плечами и отступила назад, Андрей в этот момент двинулся на меня.

Вешалка из моих рук была выдернута и отброшена на кровать. Дыхание Черногорова сбилось, он прикрыл глаза и откинул голову назад. Я залюбовалась его красивыми мужскими чертами лица. Захотелось очертить кончиками пальцев его скулы, шею, губы…"

"— Что ты со мной делаешь, Таня? — я наслаждалась этой неприкрытой мужской реакцией. Во рту все пересохло, пока он этого не видел, облизнула языком губы. — Кроме меня тебя же в таком виде никто не видел? — теперь он смотрел на меня, крылья его носа трепетали, на скулах дернулись желваки.

— Нет.

— Моя девочка! — прорычал он и заключил меня в объятия. Они совсем не были нежными. Он сминал мое тело, вдыхал запах и ласкал…

Большие теплые ладони проходились по бедрам, животу, задержались на ягодицах. Сжав упругие половинки, он поднял меня и дико поцеловал. Такая неконтролируемая страсть пугала, но не меньше возбуждала.

— Ты меня с ума сводишь, — выдохнул Андрей мне в рот, как только его язык покинул гостеприимные недра. — Таня, я уже больше месяца без женщины, скоро чокнусь! Тебя хочу! Много! Часто! — его голос звучал совсем низко, хриплые ноты отзывались где-то глубоко во мне. Кровь разгоралась и плавила остатки моего сопротивления, остатки моих сомнений. — Долго еще будешь мучать? — опасаясь, что язык меня подведет, я только мотнула головой. — Когда? — выдохнул он резко со свистом. Я поняла, о чем он спрашивает.

— Я боюсь, — уперев лоб в его плечо тихо призналась.

— Меня? Не веришь, что не обижу?

— Боли, — еще тише звучит мой голос.

— Боли? — слышу недоумение в голосе. Черногоров не понимает о чем речь. Опускает меня на землю, вынуждает поднять на него взгляд. В его глазах читаю вопрос, но не могу подобрать слов, чтобы правильно объяснить… и не задеть. — У тебя после той ночи был кто-то? — он и сам обо всем догадался. Я мотаю головой и сглатываю. Андрей прикрывает глаза, чтобы я не видела в них злости, но я успела ее там заметить. Да и тело его все напряглось, даже руки сжал в кулаки.