- Не знаю, как вы, а я порядком проголодалась, - меняя тему, заметила Соня.

- Я сейчас попрошу накрыть на стол.

- Спасибо…

Амир быстро поцеловал Соню, потрепал Карину по голове и вышел за дверь. Остаток вечера они смотрели телевизор и непринужденно болтали, вспоминая прошлое. К удивлению, Карина прекрасно помнила, как они жили в то время. И тот танец в скатерти, и поездку на хутор, и все, что было потом.

- Папа на тебя еще тогда запал, - огорошила Карина Соню, когда та зашла пожелать ей спокойной ночи.

- Скажешь тоже.

- Нет, ну, а что? К матери он никогда так не относился. Он не любил Иману.

Соня повела плечами, никак не комментируя слова девочки, накрыла ее одеялом и похромала из комнаты. Посреди коридора замерла. Обхватила себя рукой, отчего-то продрогнув. Не любил… Он не любил Иману. В этом Карина была права. Но он выбирал ее. Каждый чертов раз выбирал.Может быть, если бы она забеременела, но…. Господь не дал ей ребенка. А вот Имане…

Самым жестоким в этом было то, что Соня сама догадалась о ее положении. По изменившемуся поведению Амира, который стал более заботливым и внимательным по отношению к жене. По его светящимся довольством глазам. Какие-то мелочи в поведении, которых другой бы и не заметил, а Соня… Слишком хорошо его знала, чтобы не сопоставить факты.

Наверное, тогда она и сломалась. Сослалась на то, что заболела, и пошла к себе. Закрыла дверь на все замки, как маленькая, накрылась с головой одеялом и заскулила, будто брошенный недавними хозяевами щенок.

Она не сразу услышала, что в дверь позвонили. Накрылась еще и подушкой, но шум лишь только усиливался. Соня вытерла слезы, спустила ноги с кровати и пошла на звук. В дверях стоял рассерженный Амир.

- И что это значит? Почему ты так долго не открывала?

- Извини. Мне было нехорошо.

Отодвинув ее с дороги, он прошел через коридор к спальне. Поманил к себе Соню пальцем и потрогал лоб.

- Температуры нет.

- Ага. Мне нужно просто полежать. Наверное, переутомление.

- Ты опять сидела за этими чертовыми книжками до утра?!

Соня сидела не за книжками. Вчера она ломала голову над определением фундаментальных квантовых и термодинамических ограничений чувствительности. Это могло бы здорово помочь в разработке новых методов измерения и привести к усовершенствованию гравитационно-волновых детекторов, над разработкой которых она и корпела.

- А разве в книжках дело? – устало прошептала она.

- Нет? Тогда в чем?

Соня отвернулась. Запрокинула голову к потолку, покрытому тонкими-тонкими трещинками.

- Я думаю… думаю, что нам надо расстаться. Точнее… не расставаться, мы же, вроде как, и не были вместе, но…

- Какого черта ты несешь?!

- Ваша жена беременна, я же правильно понимаю? И, наверное…

- Это ничего не меняет!

- Для кого?

- Для нас!

- Для меня меняет… Все. Абсолютно.